Долгое время лицом нашего боксерского зала был Борис Георгиевич Двойченков, который в свое время был одним из тренеров юношеской сборной СССР по боксу. После развала СССР он был вынужден уехать на заработки в Турцию, где тоже добился немалых успехов. Его тренировки всегда проходили на самом высоком уровне. Уча других правильно держать кулаки, быть выносливым и сильным, он сам до конца жизни подавал молодым боксерам такой пример. Когда в его семье случилась трагедия, погибли сын Бориса Георгиевича с невесткой, то он мужественно пережил трагедию в себе. До конца его дней никто так и не узнал, что творилось у него внутри, пока болезнь не забрала его от нас.
На смену Борису Георгиевичу пришли молодые тренеры, одним из них был Станислав Гындыбин. Его тренировки проходят всегда интересно, весело и с его практически безупречным юмором. Часто он подшучивает над моей боксерской техникой, я же в ответ шучу над ним, говоря, что боксу он учился по фильмам Джеки Чана в далеком Ханты-Мансийском округе. На самом деле Стас является сильным мастером, в свое время при помощи своего обаяния и юмора ему даже удалось увести девушку у самого чемпиона мира по боксу Руслана Проводникова. Впоследствии эта девушка стала ему женой и родила ему сына.
Я же после выпитого и пережитого выздоровления обрел своего нового тренера Алексея Именхоева. Нас объединяет, что мы оба — буддисты и, конечно же, его профессиональный подход к делу. За свои 27 лет он воспитал несколько чемпионов мира по различным единоборствам.
Нужно сказать, что в наше время техника различных единоборств проникла и в боксерский зал. Многие ребята, посещающие наш зал, также занимаются борьбой или чем-то еще. Мои знакомые, режиссер Алексей и молодой ученый Сергей, например, ходят на боевое самбо. Иногда в нашем зале занимаются и каратисты, но, по сравнению с нашими «бандитами» боксерами, они выглядят скорее как добыча, нежели хищники. Потому как в боксе нет никакого очковтирательства, здесь все честно, здесь нет спортивных пирамид, где тебе преподают якобы тайные боевые познания, выкачивая из тебя деньги.
И пусть наш бойцовский клуб не ставит целей сделать этот мир лучше и справедливее, но нас через пот, боль и кровь он точно делает лучше.
Эта история началась два с половиной года назад. Выбирая между сезонными заработками в аудите и работой внутреннего аудитора в конторе с громкоговорящим названием «Группа компаний „Триумф“», я выбрал последнее.
Отработав там пару месяцев, я не очень понимал, для чего наш божественный начальник Золкин Олег Анатольевич пригласил меня к себе. Тут сразу возникает два вопроса: почему я не понимал смысла своей работы и почему Золкин божественный?
Ну, во-первых, хотел бы ответить о божественности Золкина. Ореол своей божественности начальник вбивал сам всем своим подчиненным, публично унижая каждого из своих сотрудников, он любил с угрожающим взглядом добавлять: «У всех вас вместе взятых нет и одного процента знаний, которыми обладаю я». И после этой фразы Золкин обычно погружался в рассказы о том, что он — великий юрист, бесподобный математик, один из лучших программистов и все в таком духе. Чтобы люди не смели сомневаться в его божественности, в каждом из кабинетов Золкин установил прослушивающие устройства, с тем чтобы слушать, что о нем говорят его сотрудники. Однажды к нам в офис даже нагрянули сотрудники ФСБ, которые с помощью своих технических устройств выяснили, что в нашем офисе находится незаконное подслушивающее оборудование.
Отвечая на второй вопрос, отчего я не понимал смысла работы, нужно сказать честно, что никакого смысла в моей работе, как и в работе остальных работников офиса, и не было, за исключением обязанности развлекать нашего любимого шефа. Золкин владел «Интеркоопбанком», который находился вдалеке от нашего офиса, а в нашем офисе находились программисты, юристы, бухгалтеры и приближенные Золкина. Программисты, по словам Золкина, разрабатывали какой-то неведомый программный продукт для американского НАСА. Разрабатывался этот продукт на протяжении последних десяти лет, притом что вся выручка организации программистов за эти десять лет составляла лишь девятьсот евро. То есть пятнадцать человек все эти годы получали зарплату просто так, но всех это устраивало, перечить Золкину в офисе никто не мог. Наш юридический отдел порой достигал десяти человек и, опять же, занимался вопросами, которые не могли приносить каких-то денег. Так, на протяжении нескольких месяцев юридический отдел занимался тем, что пытался отменить решение суда о депортации рабочих таджиков с участка Золкина. Участок и дом Золкина находились в элитной подмосковной Жуковке, и как-то к нему заявились представители ФСБ, которые сказали, что Жуковка — особо охраняемая территория и таджикам здесь не место.
