— У меня ещё два Обета в запасе, а этот мне ничего не стоит. Всё равно мне ближайшие несколько лет в окружении человеческих девушек ничего не светит: не думаю, что найдутся настолько прогрессивные особы. Да и родители мне причиндалы оторвут, если я осмелюсь тут с кем-то из людей шуры-муры разводить.
Мы вынужденно согласились: звучало вполне логично. Более того, берендея в принципе сторонилось абсолютное большинство первокурсников, кроме нашей стихийно сложившейся группы. Учитывая общую нелюбовь к оборотням — удивительно, что его никто ещё не начал задирать. Хотя, если принимать во внимание его габариты… может, и не удивительно. Вот через полгода-год, когда магические кондиции начнут играть первую скрипку по сравнению с физическими, скорее всего, и полезут первые храбрые портняжки.
Удивлялся я в том числе и себе: учитывая гибель моей семьи от рук оборотней, довольно странно, что я не чувствовал к Арруну никаких негативных эмоций. Наоборот, большой и добродушный здоровяк мне нравился куда больше, чем тот же мутноватый Годунов или молчаливая Вика. Было в нём что-то… надёжное. Поразмышляв, я решил, что даже подсознательно разграничиваю волколаков и берендеев — уж слишком они разные, после чего выкинул лишние мысли из головы.
Самым последним, когда все уже обменялись впечатлениями, к нам присоединился Генрих. Белый, как мел, с капельками пота на лбу, он дотащился до нас и практически рухнул на траву, раскинувшись звёздочкой и тяжело, с присвистыванием, дыша.
— Гер? Ты как?
— Терпимо. Сейчас полежу и вообще всё хорошо будет, — просипел тот, не двигаясь.
— Эк тебя приложило, бедолага…
— Седьмой круг, — прошептал тот. — Сказали, что так и должно быть. Скорее всего, только к вечеру оклемаюсь.
— Вау, — я невольно переглянулся с Максом. — Смело. А осилишь?
— У меня валентность единица, — тихо ответил тот, провожая глазами облака. — Либо так, либо совсем слабосилком быть. Не хочу. Осилю.
Сидя в столовой в одиночку, я уныло ковырял вилкой весьма неаппетитного вида бурую массу — то ли тушёные баклажаны, то ли что-то ещё. Я старался в целом поменьше думать, что это такое. Так проще. Можно даже попытаться себя убедить в том, что это нечто вкусное.
— Это… эээ… фарш. Да, разваренный мясной фарш с соевым соусом, — с некоторой неуверенностью сказал я, после чего подцепил кусок этой массы и, зажмурившись, отправил в рот. Самовнушение не помогло. Подавив первый порыв выплюнуть эту дрянь, торопливо задвигал челюстями и проглотил, почти не пережёвывая. На языке остался неприятный привкус, который пришлось торопливо запивать водой. — Вашу ж мать, как вы это добровольно едите…
Вчерашний день, с тушёнкой и более-менее нормальным меню в столовой, я вспоминал с тоской. На завтрак я пришёл раньше основной массы студентов — ночью не спалось, то и дело просыпался, ворочался, в итоге часов в шесть утра плюнул и встал окончательно. Умылся, оделся и пошёл на завтрак, пробовать меню своего первого постного дня. Даже если в Обете формулировки «раз в неделю» или «раз в месяц», первое время, пока он закрепляется и начинает действовать, лучше всего не откладывать его исполнение — это полезно для его «разгона» и скорейшего выхода на максимальную эффективность. Проверено не раз.
Да и морально проще. Чего откладывать?
Сегодня, помимо уже привычного занятия «Начал магии», начинались, наконец, и другие курсы. Физика (точнее, первая из пяти частей курса базовой механики), первый модуль неорганической химии, ботаника низших растений… тоже первая часть. Увы, всё это — без капли магии, исключительно теоретические знания. В лучшем случае — будут примеры того, как используются те или иные знания о мироустройстве в конкретных заклинаниях. Но без особых нюансов — для этого есть куда более продвинутые спецкурсы, до которых мы доберёмся в лучшем случае через полгода.
Единственное, что радовало, так это новые показатели в личных характеристиках:
