— Сюда, — сказала она, указывая.
— Далеко?
— Думаю, да.
— Тогда нам лучше слегка менять курс в поисках постоялых дворов для ночлега.
— Поняла, — с улыбкой сказала она.
Они отправились в путь пешком. Керена привыкла к верховой езде, но не возражала и против прогулок. Это напомнило ей странствия с Морли. Ее придется восстановить былую выносливость, но это не казалось проблемой.
Вечером они свернули с дороги, чтобы найти деревню и трактир с комнатами для ночлега. Гордон отличался умением вести переговоры, и в результате они получили хорошую комнату, не менее достойную еду и несколько серебряных монет сдачи в обмен на одну золотую.
Один из постоянных посетителей уставился на Рену:
— Эй… Кажется, я тебя раньше видел.
Гордон повернулся к мужчине и нахмурился, его рука легла на рукоять меча.
— Кого видел? – угрожающе спросил он.
— Никого, — быстро ответил тот.
— Спасибо, — сказала Керена, когда они остались в комнате одни.
— Если мужчина хочет провести ночь с очаровательной женщиной, никого не должно волновать, чем она занималась в прошлом.
— Именно, — она разделась и вымылась в тазу. Затем ее примеру последовал Гордон. Его достоинство подтверждало, что женщинами он не интересуется.
Когда с мытьем было покончено, вода оказалась почти черной.
— Нам понадобится чистая вода, — сказала Керена. – Не одевайся, пока ее не принесут.
— Понял, — Гордон открыл дверь. – Эй, хозяева! Еще воды.
Через мгновение появилась дородная жена хозяина с большим кувшином и ведром. Гордон открыл дверь, полностью голый, пока Керена лежала в постели, тоже будучи обнажена. Женщина молчала, пока переливала грязную воду в ведро, а чистую из кувшина – в таз. Она покинула комнату, не глядя на них, и тихо прикрыла за собой дверь.
— Теперь весь трактир будет знать, что мы любовники, — удовлетворенно отметила Керена.
— Вы могли нанять для этого любого мужчину, какого бы только пожелали.
— Пожелала: вот ключевое слово. Морли – единственный, кого я хочу.
— Так весь этот бизнес в борделе был…
— Просто бизнесом.
— Иногда я думаю, каково это – желать женщину.
— Я могла бы пробудить в тебе страсть, если хочешь.
Он вздрогнул:
— Не стоит. Сама мысль кажется мне мерзкой.
— С физической точки зрения ты выглядишь нормально. Кто тебя привлекает?
— Мальчики.
— Но разве очень молодую девушку нельзя принять за парня, за исключением того единственного органа, которого ей недостает?
— Мне нравятся не парни, а только мальчики.
— Я не понимаю этого, но каждому свое.
Они спали в одной постели, обнаженные. Если бы кто-нибудь подглядывал… и кажется, кто-то пытался, потому что в стенах зияли трещины… их статус любовников был бы подтвержден.
Их путешествие наполнилось обыденностью. Они покинули Англию и двигались по направлению к Северной Шотландии. Постепенно путники приближались к Морли, о чем недвусмысленно свидетельствовал плащ. По крайней мере, Керена надеялась на это. Еще она надеялась, что Морли находится на острове, а не где-то за его пределами. Ей не хотелось связываться с лодками и кораблями. Достаточно плохо было уже то, что приходилось терпеть лишения, ночуя под открытым небом, когда поблизости не оказывалось человеческого жилья. Им пришлось использовать плащ в качестве одеяла и делиться теплом друг с другом, так же, как это было с сэром Гавейном, но теперь о совращении и речи не шло.
Изредка они сталкивались с разбойниками. Теперь свою храбрость доказывал Гордон. Он умело работал мечом и убивал тех, кто отказывался спасаться бегством. Однажды бандитов оказалось слишком много. Оттесненная лучниками, Керена пробудила защиту плаща и набросила на Гордона, чтобы его не могли ранить. Ткань препятствовала движениям его рук, однако, когда стало ясно, что стрелы просто отскакивают от материала, он примирился с этим.
— Что-то вроде щита.
— У магии свои преимущества, — согласилась девушка.
Затем возникли сложности. Все началось с необъяснимой болезни. Керену рвало по утрам, но к обеду становилось лучше. Один раз или два это можно было приписать плохой пище, но через десять дней мысль пришлось отбросить.
— Вы не можете идти в таком состоянии, — сказал Гордон. – Сначала следует поправиться.
Она бродила по месту привала, пока не село солнце.
— Не понимаю, что происходит. Со мной никогда такого не случалось. И я ничем не отравилась; мне известно, какие растения не стоит употреблять, — в самом деле, она довольно долго изучала различные лечебные растения. Что было ядом в больших количествах, оказывалось лекарством в малых дозах.
Гордон покосился на нее.
— Ого, — пробормотал он.
— Что случилось?
— Я разглядел ваш силуэт на фоне заката.
— И что, теперь тебя заботят женские силуэты в лучах солнца?
— Нет. Поэтому я не обратил внимания раньше. Ваша талия стала толще, и вряд ли от переедания.
— Моя талия? – Потом она поняла. – О, нет!
— Вы беременны.
— Но я не могу забеременеть! Я не… а когда занималась, пользовалась заклинанием.
— Как насчет месяцев пяти назад?
— Я была с сэром Гавейном, — и она осознала. – Я забыла о заклятье! Я была так влюблена, что вообще об этом не думала.
