— И что ты хочешь сделать? — наконец спросил он.
— Съездить поискать, не найдется ли еще какого-нибудь.
— Думаешь, есть смысл? По-моему, наши рудознатцы уже достаточно досконально все осмотрели.
— Но они искали камни и металлы.
— Тоже верно. Но тебе нужна компания.
— Позову Идриль.
— Даже вдвоем вы не сможете, к примеру, сдвинуть валун, если понадобится.
— Ты предлагаешь взять кого-то из нэри? — догадалась дочь.
— Как вариант, — кивнул Глорфиндель. — Или, если ты подождешь несколько дней, то я сам смогу с вами отправиться.
Ненуэль просияла и, подскочив к отцу, расцеловала его в обе щеки:
— Это был бы лучший вариант, папочка!
Тот рассмеялся и взъерошил волосы дочери:
— Тогда договорились. Зови Итариллэ, и будем собираться.
— Вот, госпожа, это вам, — среброволосый всадник из народа фалатрим свесился с седла и протянул Армидель запечатанное послание, — от владыки Кирдана. И второе принцу Фингону.
— Благодарю, — откликнулась та. — Теперь отдыхайте. Через день или два, я думаю, ответ будет готов.
Гонец кивнул и спешился. Верные Ломинорэ пригласили его в свои комнаты, а конюхи тем временем увели лошадь в денник.
Армидель же поспешила в донжон. Взбежав по лестнице на второй этаж, она на несколько минут остановилась перед открытым окном, любуясь низкими, набрякшими дождем облаками и высокими соснами, стремившимися к небу. За годы, проведенные в Дор Ломине, она успела полюбить эту землю с ее переменчивым, непостоянным климатом. И пусть здесь было меньше солнечных дней, а летом часто шли дожди — это совершенно ничего не меняло. Ведь густые травы пахли так восхитительно, а от величественного вида лесов захватывало дух.
Армидель толкнула тяжелую дверь и шагнула в полумрак библиотеки. Оглядевшись по сторонам, она заметила, что Финдекано что-то пишет у окна, немного склонив голову к плечу. Привычка, которая вызывала умиление в ее сердце. Она некоторое время любовалась, а после окликнула супруга:
— Мельдо!
Тот поднял взгляд и, увидев жену, просиял. Рывком вскочив, подошел и легко поцеловал:
— Доброго дня. Что-то случилось?
— Письмо от отца, — пояснила она и протянула одно из посланий.
— Отличные вести! — обрадовался Нолофинвион.
Сломав печать, он сразу погрузился в чтение, Армидель же отошла к окну и открыла собственное. Мать писала, что у них все хорошо, передавала приветы от Бритомбарских друзей и знакомых, отец же сообщал, что корабли, которые они строили по просьбе ее супруга, теперь готовы.
— Вы скоро отправляетесь на север, да? — спросила она любимого.
Нолофинвион посмотрел на жену, потом перевел взгляд за окно, словно видел там что-то, недоступное взору других, и наконец ответил:
— Да, время пришло. Места под наши крепости уже разведаны, и подготовка завершена. Теперь, с кораблями твоего отца мы сможем быстро доставить все необходимое и возвести твердыни нолдор, которые обезопасят Белерианд с моря. Оркам будет тогда гораздо труднее совершать вылазки. Однако командовать и руководить строительством будет Тарион.
— Что? — не сдержала удивленный возглас Армидель.
Финдекано широко и ласково улыбнулся:
— Я долго думал и принял решение остаться в Дор Ломине. Тарион справится, а я…
Он покачал головой, отложил письмо и, подойдя к любимой, посмотрел ей в глаза:
— Я не хочу покидать свои земли, пока не вырастет наш ребенок.
— Ему еще только предстоит однажды родиться, — напомнила Армидель.
— Верно, наше время детей еще не пришло. Но рисковать понапрасну я не хочу. Кто знает, сколько нам отпущено мирных, спокойных лет. Не потеряем ли мы с тобой драгоценное время, пока я буду возводить вдали от тебя крепости? Нет, решено — пусть отправляется Тарион.
Армидель протянула руку и бережно провела пальцем по щеке мужа.
— Согласна с тобой, — отозвалась она и тут же задумалась. — Интересно, как фэа чувствует приход времени детей? Мама говорила, что это ощущение ни с чем не спутаешь, а объяснить невозможно. Как будто сам воздух, мироздание вокруг меняется. Оно даже звучит иначе.
Фингон на миг задумался и признался:
— Не знаю. Дома меня не очень-то интересовали такие вопросы, а теперь не у кого спросить. Моя мать далеко, в Амане, а отца не хочу тревожить напоминаниями…
Он нахмурился, и по лицу его промелькнула тень боли, почти сразу исчезнув, однако жена ее уловила.
— Как жаль, — вздохнула она, — что я не могу познакомиться теперь с твоей аммэ. Но может быть, еще представится случай… Кто знает, какие судьбы нам уготовил Единый.
Нолофинвион вздохнул, и черты его лица разгладились. Он обнял любимую и погладил ее по плечу:
— Будем надеяться. А пока, не хочешь посмотреть, куда направятся корабли фалатрим?
— Очень хочу! — с энтузиазмом воскликнула она.
Муж рассмеялся и увлеку жену к столу. Расстелив карту, принялся показывать места будущих крепостей, поясняя намерения и планы нолдор. Дочь моря спрашивала, уточняла, на ходу давала советы, и обсуждение, поначалу казавшееся непродолжительным, затянулось до самого вечера. И только голос Аредэль, пришедшей, чтобы позвать увлекшихся родичей к ужину, вернул обоих к действительности.
