Келегорм практически одним прыжком оказался рядом и, не забыв улыбнуться, произнес:
— Поподробнее, пожалуйста.
Аваро удивился, но, поборов внезапный испуг, вызванный неожиданным появлением нолдо, начал рассказ. О путях, коими шел эльф, он слушал вполуха, отметив лишь, что тот забрался достаточно далеко на север, к границам, а, может, и на территорию Химлада. В любом случае, важным было то, что говоривший видел нис, странствовавшую в одиночку, в сопровождении лишь огромного пса, крайне похожего на Хуана.
«Выходит, он променял меня на какую-то красотку», — с досадой подумал Турко.
— … и насколько я понял, именно этот волкодав помешал деве перейти реку и оказаться в лесу, где обитает мрачный кузнец.
— В Нан Элмот?
— Вроде так вы зовете его, — согласился, подумав, аваро и добавил: — Плохое место, злое. Нехорошее колдовство когда-то там вершилось, и его отголоски до сих пор опасны. Оттого и не стоит ни гулять там, ни знаться с кузнецом.
— Опиши деву, — попросил Келегорм, пытаясь понять, отчего Хуан предпочел общество той незнакомки.
Впрочем, с первых слов ему стало понятно.
«Ириссэ! Так ты бросился на помощь кузине, мой славный малыш! Но отчего не привел ее к нам? Где вы сейчас?» — думал он, не сомневаясь, что пес не бросит Аредэль, пока та не окажется в безопасности.
Узнав главное, Тьелкормо поблагодарил аваро и нашел братьев, сидевших у костра и внимательно слушавших вождя этих эльфов.
— … звери и птицы стали избегать тех мест, словно видят или чуют там опасность. Более того, многие стали покидать лес и направились на юг раньше срока.
— Выходят, они спасаются из Дориата? — ужаснулся Амрод. — Но что могло произойти в королевстве Эльвэ… Элу? — тут же поправился он.
— Этого мы не знаем. Путь закрыт. Никто из моих разведчиков не был там. И не будет — я не желаю рисковать ни одним аваро!
— Мы не просим вас об этом, — тут же ответил Тэльво. — Лишь выразили свое удивление.
— Я вас понимаю. Однако, — тот встал навстречу Тьелкормо, — поприветствуем еще одного гостя, одного из лордов Химлада.
Келегорм кивнул и произнес положенные слова.
Когда же беседа потекла вольно и свободно, он тихо шепнул Амбаруссар:
— Хуан нашелся.
— Где? — почти что закричали близнецы.
— Да тише вы, — рассмеялся Турко. — Он не сбежал, а пришел на помощь Ириссэ. И теперь с нею. Где-то.
— Добрая весть, торон, — отозвался Питьо, — вот только… кузину б надо поскорее найти. Понимаешь, когда она покидала нашу крепость, то была почти что одержима идеей найти какого-то менестреля…
— Ей Кано мало?
— Да не за этим, — махнул рукой Амрас. — Слушать баллады она никогда особо не любила…
— А того эльда похоже что очень, — встрял Амрод.
— Все так серьезно? — зачем-то уточнил Келегорм.
Амбаруссар кивнули.
— Найдем. И ее саму, и ее любимого, и Хуана.
— Ты только представь, как он по тебе соскучился!
Турко улыбнулся.
Нолофинвэ в очередной раз перечитал послание и поторопил коня. Внук. Первый и пока единственный. Как же хотелось взять его на руки, посмотреть в родное лицо.
«Интересно, цветом волос он пошел в мать или отца?» — неожиданно подумал он, стремительно приближаясь к крепости в Ломинорэ.
— Атто! — радостно приветствовал его Финдекано, светясь от счастья.
— Скоро и тебя так назовет твой малыш, мой дорогой, — ответил он, обнимая сына за плечи.
Финголфин быстро привел себя в порядок с дороги и вскоре оказался в гостиной, где на диване удобно расположилась Армидель с эльфенком на руках.
— Рад видеть тебя! Вас, — тут же поправился он, при этом неотрывно глядя на младенца.
— Позволь представить тебе наследника, атар, — торжественно произнес Фингон, а Армидель в этот момент встала.
— Эрейнион, наш сын и твой внук, — с гордостью произнес он.
Нолофинвэ бережно взял малыша на руки, как когда-то самого Финдекано.
«Будь счастлив, мой хороший. Живи достойно, не знай горестей и бед!» — думал он, и невольно сердце сжималось от того, что не стоит рядом Анайрэ, радуясь первому внуку вместе с ним.
Эльфенок тем временем с любопытством рассматривал новое лицо, что склонилось над ним. Его темно-серые, почти черные глаза ярко блестели, словно в них была частица изначального света. Казалось, малыш понимал намного больше, чем могло передать окружающим его крохотное тельце.
С неподдельным удовольствием Финголфин отметил темные волосики, покрывавшие голову младенца.
«Как он похож на Финьо. Вот только носик у него мамин. А ушки папины», — в очередной раз улыбнулся он, возвращая Эрейниона Армидель.
— Я очень рад за вас, — произнес Нолофинвэ. — И за всех нолдор. Он будет достоин своего имени и свершит много великих дел.
— Надеюсь, уже мирных, — ответил Финдекано, чуть склоняя голову.
— Мне тоже хочется в это верить, — задумчиво произнес Нолдоран.
— Кстати, а где Ириссэ? — несколько неожиданно встрепенулся он, ощутив смутную тревогу в сердце. — Меня она не встретила, к племяннику не пришла.
— Уехала, — нехотя ответил Фингон.
— Давно?
— Да, атто.
— Куда?
— Я не знаю.
— И ты отпустил ее?!
— Атар, она полюбила, — тихо ответил Финдекано.
— И кто ее избранник?
— Я не знаю. И на тот момент не знала она.
