Король без устали вздымал свой меч, разя слишком наглых тварей. Лучники беспрерывно спускали тетивы, копейщики кололи и опрокидывали орков со стены. Казалось, что еще немного, и враг побежит. Однако вместо этого раздался еще один оглушительный хлопок. Каменные осколки брызнули во все стороны, а один с силой ударился о шлем короля. Нолофинвэ качнулся, чуть отступил назад и споткнулся о тело убитого взрывом воина. Барабанный грохот усилился, а тролли уже подкатывали новую осадную башню.
— Ваш король повержен! Сдавайтесь, и господин будет милостив к вам! — прокричал один из командиров армии Моргота. Высокий и грозный орк нагло стоял на все приближавшейся к стене башне, готовясь ступить на камни Барад-Эйтель.
— Лжец! — в повисшей тишине раздался голос Нолофинвэ. — Смерть слугам Моринготто!
— Сме-е-е-ерть! — донеслось со всех сторон, и воины Хисиломэ как один поднялись вслед за Нолдораном.
Над железными пиками Тангородрима прокатился гневный, внушающий ужас рев.
— Что случилось, Владыка? — спросил Саурон.
Сторожившие врата орки перестали жевать, с трепетом уставившись вверх. Моргот ударил кулаком по подлокотнику трона, вызвав в горах небольшой камнепад:
— Проклятые нолдор! Как смеют они сопротивляться с таким упорством?! Наша атака на Дортонион выдохлась, земли сыновей Феанора устояли.
— Есть еще владения этого выскочки Финголфина, Владыка, — попытался успокоить его Артано.
— Который тоже готовится перейти в наступление. Делай что хочешь, Саурон, хоть сам выходи на бой, но мы должны прорвать осаду! Она и без того затянулась!
Прислужник темного властелина побледнел, и это было заметно даже под забралом его железного шлема. Орки внизу у ворот сдавленно захихикали, а Моргот, еще раз разъяренно рыкнув, спровоцировал тем самым в горах уже нешуточный обвал. Земля задрожала, двор прорезали несколько кривых трещин, и твари завизжали, бросаясь врассыпную.
— Но, Повелитель, — пробормотал Саурон, глядя падшему вале в лицо, — вы же сами хотели…
— Ты еще рассуждать будешь?! Делай, что велено! Отправляйся и побеждай!
Моргот с силой пнул своего приспешника, так что тот отлетел к противоположной стене. Практически сразу поднявшись, он незаметно потер ушибленный бок и склонил голову в подобострастном поклоне:
— Все сделаю, Повелитель.
Пряча гнев в глубине темных, словно провалы, глаз, он раздосадованно скрежетнул зубами и вышел, размышляя, на кого из этих проклятых нолдор обрушить главный удар.
«Впрочем, — подумал он, оглядев жидкие ряды ожидавших у ворот тварей, — похоже, и правда придется выходить самому».
Удар железной палицы сотряс стены Тангородрима, и в жерле вулкана забурлила, гневаясь, лава — падший майа, бывший ученик Аулэ, а ныне слуга Моринготто, вышел из врат Ангамандо.
====== Глава 80 ======
Серые стражи вздрогнули, когда жаркое пламя вспыхнуло прямо перед ними.
— Это невозможно! — воскликнул первый.
— Противоестественно! — заявил второй.
— Он не мог покинуть созданную специально для него палату! — веско произнес третий.
— Я немедленно доложу Владыке! — подытожил четвертый.
— А виноваты будем мы, — хором возразили первые трое.
— Так что ведем нашего нового подопечного, — согласился второй.
— Пусть Намо сам следит за особо опас… нуждающимися в восстановлении фэар, — сказал первый.
— А где наш новенький?! — вскричал третий.
Майар заозирались по сторонам, но ни единого следа фэа Макалаурэ они не нашли.
— Так, значит, говоришь, морок? — Куруфин нахмурился и, чуть склонив голову на бок, посмотрел на жену.
— Именно, — пожала она плечами.
Отряд ехал по утоптанной лесной тропе. Густой золотисто-розовый свет Анара отбрасывал длинные резные тени, и Лехтэ откровенно наслаждалась тем, что может себе позволить просто любоваться, а не высматривать впереди и позади себя возможную опасность. Волк жизнеутверждающе трусил рядом. Свободные от дозора воины то и дело коротко переговаривались с ним на языке зверей, и картина выглядела почти что мирной. Только настороженность на лицах, напряженные позы и руки, то и дело тянущиеся к мечу, напоминали, что это не так.
Искусник вздохнул и очевидно неохотно признался:
— Что ж, не могу сказать, что твои опасения были безосновательны. Вздумай ты тогда, как добралась до смертных земель, приехать одна в любую из крепостей моих братьев, тебя бы в первую очередь обезвредили, а после начали бы проверять. Да и то не факт, что после поверили бы. Однако что в голове у моих блондинистых недо… полуродичей, я сказать не могу.
— А возвращаться в Химлад в тот момент было нельзя, — вставила свое слово Лехтэ.
Курво встрепенулся:
— Ни в коем случае! Тогда тебя могли бы убить, или еще что похуже.
Он заметно вздрогнул, переменившись в лице, а его жена покосилась с недоумением:
— А что может быть хуже? Плен? Пытки?
На лице мужа заиграли желваки, и он нехотя пробурчал сквозь зубы:
— Потом расскажу. Однако вынужден признать, что твои приключения в компании волка были чуть ли не единственным приемлемым вариантом. Но как же мне это все не нравится!
Он с силой сжал кулак, так что побелели костяшки пальцев.
— Я догадываюсь, — заверила его Лехтэ.
