Они замолчали, потому что говорить больше было не о чем.
— Что ж, хорошей дороги тебе, сестреныш, — проговорил брат и, наклонившись, поцеловал в щеку.
— Спасибо. Я постараюсь путешествовать по северу не слишком долго. Делать там мне нечего. Найду камень, и сразу назад.
— Ждем тебя. Если что — шли осанвэ.
— Обязательно!
Она приторочила к седлу сумку и вскочила на коня. Туман поредел, и Анар, вскарабкавшись немного повыше по небосклону, осветил дальний путь к верфи.
— До скорой встречи! — помахала Лехтэ рукой Тару.
— Счастливой дороги! — ответил он.
«Теперь только вперед!»
Лучи Анара золотили воду. Ветра не было, и зеркальная поверхность отражала облака, небо, деревья и опустевшие постройки лагеря нолдор.
Уходили эльдар Амана все вместе, словно не желая показывать ни деревьям, ни камням, что не все противоречия разрешены, не все обиды забыты.
Первым, как ни странно, отделился Финголфин с сыновьями. Однако Турукано пожелал сопроводить и помочь с возведением крепости Финдарато, а потому оставил на время отца и братьев. Непоседливая Ириссэ увязалась за ним, тем более что своих земель она не возжелала.
Владения Нолдорана были севернее Митрим. Его старший сын решил обосноваться западнее и южнее, а потому должен был последовать за ним. Остальные нолдор уходили на восток.
— Подожди, — неожиданное осанвэ кузена заставило Майтимо вздрогнуть.
— Что такое? — тут спросил он, останавливаясь.
— Я кое-что забыл. Сейчас к тебе подъеду.
— Хорошо.
Маэдрос скомандовал остановку. Если братья и удивились, то виду не подали.
Все понимали, что впервые расстаются надолго. Возможно, навсегда. Никто, конечно, не хотел произносить это вслух, но все понимали, что теперь окончательно можно забыть о прежней жизни. Один Куруфин внешне спокойно относился к происходящему — разлучившись навсегда с любимой, он стал иначе смотреть на мир. Взгляд с каждым днем становился все тяжелее, улыбка редко озаряла его лицо. Только сын иногда видел в нем прежнего отца, которого знал в Благом краю.
— Нельо, — Финдекано резко остановил коня. — Чуть не забыл. Держи.
Он протянул небольшой мешочек.
— Что это?
— Потом. Как доберешься до своих земель, так и посмотришь.
Майтимо улыбнулся другу.
— Благодарю. Береги себя, Отважный.
— Счастливого пути!
Лучи сверкнули золотом на косах удаляющегося всадника. Маэдрос бережно убрал подарок друга и дал сигнал отправляться.
— Прощаемся, — спокойно произнесла Артанис. — Да не с тобой, Ресто! Нам еще предстоит пройти часть пути вместе.
— Держись, сестренка, — то ли в шутку, то ли серьезно сказал Аэгнор.
— Айкьо, я тебе уже говорила, что понимаю всю серьезность возложенной на меня миссии… Или ты про то, что мне и дальше идти с Ородретом? — рассмеялась под конец Нервен.
Прощание немного затягивалось, и нолдор решили дать коням отдохнуть.
— Артанис, подожди, — остановил тетю Тьелпэ. — Твой заказ. Я успел доработать его.
Увидев непонимание в глазах арафинвиэн, он напомнил:
— Ты же хотела кольцо. С белым камнем. Помнишь? Еще на берегах Мистарингэ.
— И ты сделал? — дева приняла украшение и тут же надела на палец. — Тьелпэ, это потрясающе.
Она покрутила кистью, подставляя камень лучам.
Казалось, на пальчик к Артанис присела отдохнуть звездочка, маленькая, но яркая.
— Благодарю тебя, мастер, — серьезно сказала она юному племяннику.
Тьелпэ довольно улыбнулся и пожелал Нервен легкой дороги.
Трое золотоволосых всадников удалялись вместе с последовавшими за ними нолдор, а среди них выделялась макушка Турукано.
— Что? Уже отправились? — охнула Ириссэ, быстро обняла кузенов, звонко чмокнув их в щеки, вскочила на коня и унеслась.
— Арельдэ ничуть не изменилась в Эндорэ, — с улыбкой произнес Келегорм.
— Считаешь, что это хорошо? — спросил брата Куруфин. — Здесь не Аман.
— Да что ты говоришь! Можно подумать, мы еще не поняли этого.
Искусник промолчал.
Дни сменяли друг друга. Позади остался переход через горный хребет, что тяжело дался нолдор и их коням. К счастью, тварей Моргота по пути им почти не попадалось. Было несколько стычек, закончившихся абсолютной победой эльдар. Однако привкус горечи оставляло каждое сражение — если не убитые, то раненые были всегда. Целителям приходилось нелегко, ведь надолго останавливаться было не только небезопасно, но и бессмысленно.
На закате многочисленные отряды нолдор спустились с отрогов гор. Впереди простирались сосновые леса, что шумели на ветру подобно морю. Эльдар замерли, любуясь открывшейся им красотой. Один Нельяфинвэ смотрел на поросшую травами равнину, что лежала севернее лесов. Казалось, его взгляд пронзал даже неприступные скалы, что неясными очертаниями проступали вдали.
— Это там? — тихо спросил оказавшийся рядом Маглор.
Маэдрос кивнул, не отрывая взгляд. Черный властелин вздрогнул на троне — заговоренный им самим металл короны резко нагрелся, но, словно спохватившись, тут же остыл.
— Они там, Кано. Камни отца, — тихо произнес Майтимо. — И он там. Убийца и Враг.
— Двигаемся дальше? — просил подъехавший Тьелкормо.
— Да.
