Теперь же она, покинув дворец, пересекла мощеный мраморными плитами двор и отправилась туда, откуда слышался отдаленный звон мечей. Волна прохладного воздуха ударила принцессе в лицо, остудив разгоряченные мысли. Она закуталась плотнее в свой любимый голубой шерстяной плащ и стала там, откуда было лучше всего видно происходящее на посыпанной песком прямоугольной площадке. По-видимому, Глорфиндель в этот раз решил лично оценить силы нового родича короля и теперь без всякой жалости гонял Туора. Тот, впрочем, выглядел вполне довольным происходящим. Легко и даже с видимым удовольствием он отражал удары лорда, а при любой возможности нападал сам.
«Сколь по-разному растут дети эльдар и атани, — подумала Итариллэ. — Туору почти восемнадцать лет, и любой эльфенок в этом возрасте еще совсем дитя, тогда как приемный сын дяди отличается от взрослого нэра лишь более мягкими чертами лица и доверчивым выражением глаз».
Кольчуга Туора и его шлем лежали на ближайшей скамейке. Роа было защищено лишь тонкой тканью белой рубашки, совершенно не скрывавшей его мощных мышц. Фигура адана дышала силой, и Итариллэ совершенно не удивилась, когда Глорфиндель в конце концов, вложив меч в ножны, объявил:
— Твой отец тебя хорошо натренировал, Туор, сын Фингона. Ты действительно ценное приобретение для армии Ондолиндэ.
— Благодарю, — широко улыбнулся юноша.
Принцесса весело крикнула:
— Поздравляю тебя!
Туор обернулся и, похоже, только сейчас заметил гостью. Щеки его на короткое мгновение порозовели, однако он быстро взял себя в руки. Проворно натянув кольчугу, юноша подошел к принцессе и учтиво склонил голову:
— Ясного дня, госпожа.
— Тебе тоже, Туор, — ответила она. — И можешь звать меня просто по имени, Итариллэ.
— Благодарю, с удовольствием.
Глорфиндель тоже наскоро привел себя в порядок и объявил:
— Раз так, то мы на сегодня, пожалуй, закончим. Продолжим утром.
— Я непременно приду, — пообещал адан и вновь перевел взгляд на принцессу.
Несколько мгновений она молчала. Наконец, спросила:
— Ты видел город?
— Лишь отчасти, — признался гость.
— Хочешь, я покажу тебе его?
— Буду благодарен.
Идриль приглашающе кивнула, и они направились к широкой лестнице, ведущей на главную площадь перед дворцом.
— Ты видел малинорни? — спросила принцесса.
Ее спутник покачал головой:
— Нет. Что это?
— Дерево с серебристой корой. Осенью листья становятся золотыми, а весной опадают. Тогда на их месте появляются новые — зеленые сверху и серебряные снизу, а на ветвях распускаются золотые цветы. На синдарине их называют маллорнами.
Туор задумался и вновь покачал головой:
— Нет, не видел, хотя слышал о таких от отца. Он говорил, они растут в Амане.
— Верно. Жена Глорфинделя привезла оттуда несколько орехов и посадила в Ондолиндэ.
— Я очень люблю сосны, — признался Туор. — В детстве мог часами гулять по лесам Ломинорэ. Еще березы нравятся и дубы.
— Я вишни люблю и яблони, — ответила ему в тон Итариллэ. — Весной они цветут необыкновенно, незабываемо.
Они шли бок о бок, и разговор лился плавно и легко, как ручеек на равнине. Туор время от времени хмурился, глядя по сторонам, и тогда в лице его, в остром, внимательном взгляде проглядывали черты того нэра, каким он обещал стать совсем скоро.
— Тебе не нравится Гондолин? — наконец спросила Идриль.
Юноша покачал головой:
— Он прекрасен. Но я не могу не думать, сколь сильно он уязвим.
— А вместе с ним и жители?
— Да.
Некоторое мгновение принцесса молчала. Наконец, она призналась:
— Я рада, что кроме меня это наконец заметил хоть кто-то. Я говорила о своих опасениях отцу, когда мы только приехали в долину Тумладен, но он неизменно отвечал, что здесь безопасней, чем в Виньямаре.
— С этим я бы поспорил, — откликнулся живо Туор. — Тот город защищен горами, обширными топями и морем. Я был там, и мне показалось, что его отстоять можно без большого труда. А в случае необходимости и легко покинуть.
Идриль обернулась и посмотрела юному адану прямо в глаза.
— Благодарю за понимание, — наконец проговорила она, и в глазах ее зажегся свет, похожий на отблеск Лаурелин, а еще решимость. Наконец, вздохнув, она провела ладонью по лицу: — Сходим к тому холму, справа? Видишь золотую листву? Это и есть малинорни.
Туор поглядел туда, куда указывала дева.
— Выглядят очень красиво, — признал он.
— Тогда подойдем ближе.
Они свернули в переулок и, пройдя до конца, вышли к высокому холму, поросшему маллорнами. Туор и Идриль молчали, гуляя меж стволов и любуясь ими. Наконец, принцесса поделилась:
— Когда я вижу эти золотые деревья, мне легко представить, что аммэ совсем рядом и я ее вот-вот увижу.
— Уверен, это и в самом деле скоро случится, — горячо ответил Туор.
Итариллэ покачала головой:
— Аман закрыт от нас.
— И что с того? Нет такой проблемы, которую не мог бы решить разум. Уверен, что способ можно найти!
Юный адан посмотрел на деву, и пламенная уверенность в его словах придала сил принцессе. Ей показалось, что у нее за спиной выросли крылья, которые в самом деле могут легко перенести ее через море.
— Может быть, именно ты найдешь его? — улыбнулась она.
