О Сереге мы не заговаривали намеренно, а друг больше не предпринимал попыток со мной связаться. Думаю, понял, что нет никакого смысла стучаться в запертую дверь. Сомневаюсь, что за одну единственную ночь он вдруг резко переменил свою точку зрения. Угрозами и шантажом его не заставить признать ошибку.
Да и не поверю я банальному «прости», хотя навряд ли услышу от него это заветное слово. Прежде наши ссоры не доходили до настоящей вражды, поэтому для меня в новинку его поведение в такие моменты. Да и свое собственное тоже.
Отца я оповестил, что не вернусь домой до самого утра. Пришлось убеждать его, что ничего страшного со мной не произошло и сознание теряет каждый второй житель планеты. К тому же причина была яснее некуда: стоило хотя бы перекусить, не говоря уже о полноценном приеме пищи, который я благополучно проигнорировал.
Но теперь, после не просто даже звоночка, а скорее оглушительного звона колоколов, волей-неволей я буду вынужден взяться за питание всерьез. От кофеина не откажусь, конечно, но и злоупотреблять им не стану. А Анна, как и обещала мужу, проследит за тем, чтобы стабильно каждое утро я завтракал по-человечески. Раньше, по ее словам, меня вполне устраивал воздух.
Разумеется, отцу необязательно было знать о нашей с Алмазом встрече, но, думаю, он обо всем догадался по одной моей сияющей физиономии. Я и сам мельком поглядел на себя в зеркало, пораженный увиденным. Темные круги под глазами по-прежнему украшали мое лицо, но вот сами глаза сияли в предвкушении, а хитрая ухмылка намертво приклеилась к губам. Только слепой бы не заметил, как меня буквально распирало от счастья, несмотря на то, с чем пришлось столкнуться накануне и какие мысли в голове грозились выбить почву у меня из-под ног.
Парням на работе я дал соответствующие указания, не вдаваясь в подробности о причинах долгого отсутствия. В конце концов, они и раньше прекрасно справлялись без моей помощи. А уже на следующее утро с новыми силами я вернусь в строй. Долго оттягивать перестройку зала неразумно. Так же и Алмаза ждет непростой денек на новой работе, куда я с радостью отвезу его перед тем, как приехать в клуб.
Но все это завтра. А сегодня есть только мы, и это, черт возьми, прекрасно.
С виду мой скромный домик напоминал скорее охотничью берлогу или сарай для хранения садовых инструментов. Да и внутри обстановка оставляла желать лучшего. Мне так редко приходилось здесь бывать, не говоря уже об уборке и ремонте, в котором дом нуждался десятилетиями. С постоянной загруженностью даже в прекрасные знойные дни я не находил ни сил, ни времени, чтобы выбраться на природу.
Как правило, домик служил запасным вариантом, когда хотелось сбежать от громкой ругани Анны и Регины, потусить с друзьями или уединиться с очередной девчонкой. Но ни Сереге, ни Грише я не разрешал бывать здесь в мое отсутствие. Не хватало еще из домика, который достался нам от дедушки как память, устроить настоящий притон.
– Ты часто здесь бываешь? – спросил Алмаз, выбираясь из автомобиля.
Я заглушил двигатель и вышел следом. С трудом моей малышке удалось преодолеть такие невообразимые препятствия. Кажется, прямо перед нами по главной дороге проехал грузовик, а накануне еще и сильнейший ливень обрушился на город. Вот дороги и размыло, а я ведь только на днях заезжал на мойку.
– В последнее время нет, – я открыл багажник и придирчиво осмотрел сумки с продуктами. Нет, сперва разберусь с замком на двери, который вечно заедает, а уже после вернусь за вещами. – Зимой сюда практически не добраться на моей-то тачке. А летом мы обычно отдыхаем у Гриши в коттедже.
При мысли о друге больно кольнуло в груди. Если с Серегой ситуация более-менее прояснилась, то в отношении Гриши я все еще терялся в догадках.
Знает ли он? Если да, то готов ли сохранить дружбу и продолжить общение? Не считает ли постыдным дружбу с тем, кто теперь по другую сторону баррикад?
Я обошел Алмаза, который застыл возле капота машины и с интересом оглядывал окрестности. Оглушающая тишина, спокойствие и умиротворение…как же мне не хватало этого последние недели. И только здесь можно действительно обрести долгожданный покой. Забор мы с отцом так и не установили, соседи приезжают довольно редко, поэтому никто не посмеет нас потревожить.
По восторженному взгляду Алмаза было видно: парень без ума от отдыха на природе. Удивительно, как он до сих пор не схватился за фотоаппарат. Когда мы только въехали в поселок, Алмаз уже в нетерпении заерзал на сидении, а взгляд метался с одной постройки на другую. А при виде бескрайнего и мрачного леса у него вырвался судорожный вздох. Меня же пейзаж ничуть не впечатлил, но и разрушать очарование момента я посчитал жестокостью.
– Блин, уже и забыл, как правильно вставлять ключ.
– Давай помогу, – Алмаз бесшумно подкрался со спины. Я дернул на себя дверь и вполголоса чертыхнулся.
