Марк Корф напрягся в тот момент, когда я сказала, что мне пора. Ошибка с моей стороны.
– Путешествуешь налегке?
– Не ожидала остаться одна, дурацкая ситуация. Надеюсь, к утру всё разрешится. – отвечаю и останавливаюсь у двери шестой комнаты.
Если бармену зашла эта легенда, то вряд ли даже хмельной Корф купится. Чувствую его подозрения, но меня это совсем не пугает. Играть с ним к кошки-мышки нет никакого смысла, это лишь съест всё оставшееся время. Мне же нужна информация, а значит надо выходить на другой уровень.
Он приближается сзади и становится вплотную, соприкасаясь со мной, вставляет ключ в скважину и медленно поворачивает, в это время его рука уже находится на моей талии, а его губы шепчут мне на ухо:
– Красивые зубы…
В Сакрале плохо знают, что такое дантист, зубная паста для них – роскошь, есть лишь травяные зелья, которые доступны верхушкам общества, поэтому у «низов» зубы не очень-то хорошие.
Дверь открывается, и Марк толкает меня внутрь, заходя следом и закрывая за собой дверь на ключ. Спокойно жду его дальнейших действий стоя на месте. За окном слышу тихие шаги большого скопления людей, хлюпающих по лужам.
Вот это заварушка сейчас будет! Блестяще, Алиса, гениальная операция!
Марк изучающе смотрит на меня и застёгивает пуговицы на своей жилетке. Насиловать не собирается, плюс в его копилку.
– Я не вижу смысла продолжать легенду. – говорю и пожимаю плечами. Ладони вверх, улыбка на губах.
– Простите, Леди, мои деревенские манеры! – он подходит ко мне вплотную и касается моей шеи рукой. Я смотрю на него, а он смотрит на мои губы, – Кажется, я знаю, кто ты. Леди Алиса, так ведь? Несносная Лимбо Великого и Ужасного, которую сделали Наместником Запада.
– Не было такого назначения. – поправляю со всей вежливостью, – Сослали из столицы и наказали Фортом Браска – да. А вот со статусами и привилегиями ты ошибся. Как была Лимбо, так и осталась.
– Прибедняешься? Мне почудилось, что твои отношения с Герцогом особенные.
– Так и есть. – кивая сурово, – Я у него единственная Лимбо.
– Лимбо второго уровня. – всплеснул руками Корф, – Просто уму не постижимо!
– Примаг. – невольно поморщила нос. Собственно нет никакой разницы, какой уровень магии, когда есть приставка «Лимбо». Это печать. Но говорить об этом? Пустое.
Брови Корфа взлетели вверх:
– Великолепно… – в голосе бархат, шальные глаза меня раздевают и сканируют одновременно. Опасный тип: не выключает пытливый ум, отвлечь его женскими штучками кажется задачей почти нереальной, – Значит, есть надежда, что тебя послал не Совет?
– Есть разница? – вопрос риторический, я-то знаю, что конечно же разница есть, – Что за имя такое «Марк»? Для Ординариса типичное, но в Сакрале таких простых ведь не бывает.
– Я из одного рода с дурной славой…
– Корфадон, это я знаю. Но имя «Марк»? Для законнорождённого Барона?
– Пытливая девочка, – он тихо смеётся, – Скажу имя за один поцелуй… договорились?
Пока я свожу брови и пытаюсь выдавить «хам», этот невыносимый тип уже впивается в меня губами.
И вот в чём загвоздка: совсем не противно. Даже больше – приятно, интригующе, неожиданно! В сознании один за другим взрываются крепостные стены сомнений, принципов, предрассудков, цепь этой всеполглощающей энергии заводит в омут с запахом Марка Корфа и я будто совершаю долгожданную шалость, отвечая на поцелуй.
Руки тянутся к мужской шее – горячей, мужественной. Его тело отзывается волнами, здесь и сейчас я без труда понимаю – с ним у меня может получиться. Что-то. По крайней мере будоражащий, взаимоприятный секс, который мне жизненно необходим. Ведь поцелуй – это сжатый пересказ полового акта. По нему можно сказать многое. И наши с Марком реакции, совместимость губ, сбивчивые ритмы дыханий синхронизируются, распаляются. Несколько секунд и ловлю внутреннюю дрожь… тело жаждет. Чуть отстраняясь, чтобы распахнуть глаза и убедиться, что не сплю: да, всё реально, мне этот мужчина нравится, я его хочу, а он меня. И мы без лишних слов сделаем друг другу очень-очень хорошо.
Марк настигает меня лавиной, овладевает ртом, толкает языком, затем вдогонку толкается в меня бёдрами, чтобы обескуражить своей эрекцией.
И правда забываю как дышать. Мозг капитулирует, но вдруг откуда ни возьмись внутри просыпается очень сонная целка с щенячими глазами. Шепчет что-то – зараза такая! Нашла время!
Что? Что там она мелит?
А как же… Хозяин?
Что!? Чёрт тебя дери, дура ты влюблённая, ну где я, а где Хозяин? Хозяин просто любитель присунуть. И – ладно! – мне действительно нужно, чтобы меня… полюбили, но желательно всё-таки на моих условиях.
Так в чём разница? Марк Корф мне присунет или Винсент Блэквелл?
Разница огромная. Во всём. С Хозяином мне работать. С его гнётом мне жить всю оставшуюся жизнь. Марка же в условиях войны я может вообще вижу в последний раз.
И всё же при каждой мысли о Блэквелле душа ноет, а возбуждение, вызванное Корфом, проходит. Внутренняя манашка надевает рясу и даёт обед безбрачия, зажигая свечку перед ликом Лорда Блэквелла.
Ох и дура, а!
