Я держала маленькую ветряную вертушку и смотрела на старое фото отца и сына, где Феликсу от силы лет 35 (то есть как Винсенту, а может и меньше), а Элайдже не больше 8 лет. Мальчик на фото улыбался во все зубы, глаза его щурились, напоминая в этот застывший миг отца, который в полуулыбке положил свою руку на плечо сына, держащего крупного щенка со светлой шерстью.
Кто бы мог подумать, что эти двое пойдут по таким разным путям и однажды столкнутся со смертельным для Феликса исходом?
К сожалению, больше ничего примечательного в этой комнате я не нашла, лишь убедилась, что до Некроманта был маленький улыбчивый мальчишка, любивший рисовать и смотреть из окна на море. Когда-то ноги будущего демона ходили по береговой линии Мордвина, Элайджа поднимал из воды ракушки и цветные камушки, складывая в свой карман, его щенок плескался в воде и лаял на чаек.
Стук в дверь выдернул меня из грёз, и я увидела в дверном проёме моего Артемиса.
— Ты ведь был в этой комнате до меня? — спросила я, зная ответ.
— Был.
— Всё было так же? Ты ничего не брал? Не двигал?
Он почему-то молчал, а мне вдруг стало очень-очень грустно. Наверно поэтому я встала и молниеносно подошла к Артемису. Он не успел среагировать, когда я сняла с его пальца кольцо мага и бросила на пол, прижимая друга к стене. Моя ладонь легла на его лоб, и я без церемоний влезла туда, куда мне не следовало.
В серо-зелёных глазах я видела испуг и крушение надежд, а ещё… своё отражение. Такое же, как я вижу в моих снах, но я уже не могла остановиться, потому что уже была в мыслях того, кто в ночь моего дня рождения возглавлял конную процессию Вон Райнов, преодолевая внутренний купол с совершенно серьёзным лицом.
— Как служится в «Омеге»? — спросил неприятный мужчина с бриллиантовой серёжкой.
— Потрясно.
— Ты ведь Артемис Риордан?
— Автографов не даю! — улыбнулся Артемис в ответ хамски, но кивнул в знак почтения Роланду Вон Райну, который с интересом смотрел на моего друга.
— Ты — любимец любимца бастарда?
Артемис оскалился, услышал три оскорбления в одном, да и я сама ощетинилась.
— А вы тот Граф Роланд, который не делает ни единого шагу без папенькиного разрешения? А вы… — Артемис указал на второго Вон Райна, — Граф Уолтер, тот псих, который пишет книжки.
— Он мне нравится! — ухмыльнулся Уолтер, — Ещё одна дерзкая голова в коллекции Винсента.
Но Роланд его не слушал, потому что обдумывал что-то, пока они шли между куполом Хозяина и моим.
— Здесь было великое пепелище? — уточнил Роланд.
— Здесь. — подтвердил Артемис сухо.
— Говорят, что твой шеф трясётся над тобой так, будто ты — самое главное в её жизни.
— К чему вы ведёте?
— Ну… — улыбнулся Граф и сделал паузу, подъезжая к моему защитному куполу. В тот момент на балу я вытаскивала телекинезом вилки из-за пазухи гостей, насколько я помню, когда почувствовала, как Вон Райны преодолевают мой купол, — Просто интересно, что будет если я силком вытащу тебя из-за купола и начну вспарывать твоё брюхо!
У меня ёкнуло сердце, когда Роланд посмотрел на моего отважного Арти, который даже глазом не повёл:
— Думаете, что справитесь? — улыбнулся Артемис, — Я практикующий воин, который близится к категории альфа, а вы — ленивый Примаг, который отсиживается все возможный битвы за спиной у папочки.
Лошади остановились в метре от моего купола и вместо дальнейших разговоров, Роланд жестом приказал своим воинам напасть на Арти, который был к этому готов и отчаянно сражался, но…
— Граф, у него нет кристалла! — доложил начальник охраны, пока остальные скручивали неугомонного Артемиса.
Я видела всё его глазами, ведь то была его память. Видела удары, которые на него сыпались один за другим словно в замедленной съемке, видела и то, как его поволокли обездвиженного сквозь мой купол, через который я благополучно их пропустила, хотя подозревала, что с ними мой друг, который снял кольцо.
Боже… он попал в эту переделку из-за меня, а я… я даже не удосужилась его проверить, хотя знала кого он сопровождает. Мой друг попал в беду по моей вине, а настолько была увлечена амурными играми, что ни разу не задалась вопросом «Где же мой Арти?».
Он лежал на земле и плевался кровью:
— Хватит! — приказал Роланд своей охране, — Не вздумайте крошить его! К утру он должен быть целым и невредимым.
В рот моего друга вливали лекарства, которые должны были заживить его неглубокие раны до утра, до того самого злосчастного утра, когда провели собрание без меня и утвердили мой отряд, пока я спала на столе.
Я никогда себе этого не прощу. Никогда.
Роланд присел на колено над Артемисом и с улыбкой заговорил:
— Ты действительно отличный воин, Риордан, но ты ещё не альфа, а вот моя охрана… — он указал на своих шестёрок, — Мало того, что они все бетта, но прибавь ещё их милое клеймо Лимбо. Они загрызут за меня любого, даже когда выпадут зубы и протрут десна. Тебе бы такое рвение! Вот у Лефрой оно есть, ведь это пепелище — наполовину её заслуга.
— За неё… за неё я буду грызть всех вас оголённой челюстью и пить вашу чёртову голубую кровь! — с трудом сказал мой друг и плюнул в лицо Роланду.
Ох, Арти… мой Арти!
