Через минуту они уже были на нижней палубе корабля, где хранилось обложенное льдом тело Дронго Флэтчера.
Блэквелл осторожно отогнул ткань, скрывающее мёртвое лицо старого друга его отца, и нахмурился:
– Ох, Флэтч… – только и сказал он осипшим голосом.
– Нашли только его пока. Мои люди ищут обломки корабля во льду…
– Да, кстати, что за розыгрыш со льдом?
– Винс, ты за палубу смотрел вообще?
– На кой чёрт?
– А не заметил, что корабль никак не качает?
Уличить Винсента Блэквелл во временном отсутствии наблюдательности и уж тем более в невнимательности было из ряда вон выходящим событием, но Артемис не был собой горд. Герцог взял кусочек льда, который охлаждал труп, подбросил в воздух и тут же ловко словил, даже не глядя на прозрачный кусок:
– Ебическая сила, – донеслось из уст Герцога, – Неожиданно!
– Я в прошлом не силён, ведь никогда не изучал историю так, как учат аристократию, – начал Арти, – Но что-то мне подсказывает, что и ты считал замерзание Крайнего моря фантастикой?
– Я не встречал описания этого феномена… я знаю об айсбергах, которые плавают намного дальше от здешних вод, что греха таить – они даже досюда доплывают в исключительном порядке, но даже это считается уникальным явлением, хотя всё же изредка случается. Здешние воды под властью тёплых течений, которые оберегают сердце Сакраля, даже в самые суровые зимы вода не опускается ниже 8-9 градусов…
Артемис отвёл Герцога в уже другую каюту, где сидел Дрейк и несколько моряков, которые тут же вскочили, отвешивая поклоны. Всего один жест Суверена, и в каюте остались трое: Блэквелл, Дрейк и Риордан, которым было нужно обговорить кое-какие новые детали, касающиеся Кастерви.
– Дрейк ведь был единственным, кого Али подпустила к Форту Браска
Блэквелл обратил внимательный взгляд изумрудных глаз к Дрейку, который не знал с чего начать.
– Не выкручивай мне яйца своими пантомимами и натужными взглядами провинившегося ребёнка. Го-во-ри, чтоб тебя!
– Ох… – тяжело вздохнул Дрейк и начал рассказ, – Галера подошла к Форту Браска в срок, всё было строго по графику. Я осмотрел документы каждого моряка, пересчитал провиант, сверил со списками… – начал он скучный отчёт.
– Ммм, как увлекательно. – Блэквелл скрестил руки на груди, – Будут какие-то неожиданные подробности? Может быть «Мачта галеры дала тень на два градуса южнее положенного и это было плохим знаком»? Дайте же мне экшн, ушлёпки.
– Было кое-что, – снова заговорил Дрейк, нахмурившись, – Не в галере, ведь она была в идеальном состоянии, как и экипаж. Были странности в Алисе.
Перейдя на такие уверенные интонации и заявления, Дрейк не рассчитал реакцию Блэквелла, который не мог без боли слышать имени жены.
– Вот как… – слишком спокойно, но медленно и с леденящей интонацией сказал Блэквелл, – Ты ведь не извергнешь версию, что она потопила в пучине морской дело всей моей жизни? Просто предупреждая твою попытку, я скажу тебе вот что: какой бы стервой она периодически не была, как бы больно я в тот момент ей не сделал, она бы никогда так со мной не поступила, потому что… – и он осёкся.
Отвернувшись, глядя в пустоту, Блэквелл не находил в себе сил говорить о чувствах, не мог вообще говорить об Алисе.
–… Потому что она тебя любила. – закончил фразу Артемис и на миг замолчал, – Винсент, это действительно так, никто не смеет спорить. Дрейк не имел ввиду то, что Алиса потопила судно…
– Вот именно, я лишь хотел сказать, что она вела себя странно! – оправдывал себя мужчина, – Я не про то, что случилось между вами дома, не то, что толкнуло её на переезд в Браска, а то, что случилось в этот день чуть ранее: до всей этой хуйни она была отстранённой, но собой всё же.
– И что изменилось в тот день? – хищно прищурился Блэквелл, – До осмотра галеры.
– К ней приехал Уолтер Вон Райн, – разил неприятным фактом Дрейк, – Они долго разговаривали наедине, гуляли по окрестностям и даже попили вместе чай. После этой беседы Алиса вышла другой: будто скрывала что-то, чего сама боялась.
– Я знаю о встрече с Уолтером, – спокойно ответил Блэквелл, – Он – мой друг, я уверен, что он никогда не сделал бы что-то… – он не договорил и задумался, – Я проверю версию.
– А нам что делать? – спросил Артемис.
Винсент задумался и отвернулся, пытаясь сопоставить все факты вместе, но цельной картина не выходила:
– Думаю, что здесь вы ничего особенного не найдёте. Насколько я понимаю, – он снова подбросил кусок льда в воздух, – Лёд движется на Юг, ведь корабль не просто не качает, он уже примёрз. Я помогу вам отчалить, но вы должны на полном ходу искать порт.
Так и было сделано: корабль шёл на юг, а Блэквелл вернулся домой, чтобы увидится с Уолтером, который как раз должен был прибыть на Совет.
– Стоять, – в приказном порядке велел Блэквелл слепому другу, но тот уже слышал приближающиеся шаги и повернулся навстречу с вежливым поклоном, – Мой драгоценный друг, – начал Винсент с долей холодка в голосе, – Не уделите ли мне пару минут?
– Разумеется. Я чем-то могу тебе помочь?
