Должно быть, все будды и все боги спасли нас, — пробормотал Сэйки. Он отвернулся, чтоб только не видеть еще одного неподобающего открытого проявления чувств. Поведение чужеземной женщины значения не имело. Все чужеземцы — варвары. Но уж Хэйко следовало бы понимать, как надлежит себя вести! Безукоризненное выражение уместных чувств — вот в чем суть гейши! Теперь Сэйки окончательно осознал то, о чем прежде лишь смутно догадывался: чужеземцы смертельно опасны. Они извращают все, к чему прикасаются. Их следует изгнать, и чем быстрее, тем лучше. Само их присутствие с ужасающей скоростью разрушает древние обычаи. Он, Сэйки, видел это собственными глазами. Его князь, наследник достойнейшего клана, хватает женщину, словно какой-нибудь пьяный мужлан в веселом квартале Ёсивары! Самая известная в Эдо гейша обнимает чужеземную женщину, словно они состоят в неестественной любовной связи!
Возможно, даже все будды и все боги не смогут нас спасти, — подумал Сэйки. Нам полагалось быть нацией воинов. А мы обленились и ослабели. Чужеземцы превращают княжеские дворцы в сёгунской столице в груды обломков, а мы даже не пытаемся защищаться. Сэйки в бессильной ярости потянулся к мечу. Но не стал извлекать его из ножен. Против кого здесь его применишь?
Вот не знал, что вы, Эмилия, можете так здорово врезать! — с улыбкой произнес Старк.
Простите, пожалуйста, Мэттью. Я была не в себе.
Ничего страшного.
Он наклонился и подобрал брошенный Кумэ кинжал.
Сэйки мгновенно выхватил меч.
Это излишне, — сказал ему Гэндзи и поинтересовался у Старка. — Кого он собирался убить? Хэйко или Эмилию?
Они посмотрели на валяющийся труп. Старк пожал плечами.
Вы его знали?
Нет, — отозвался Гэндзи. Он повернулся к Хэйко. — А ты?
Услышав два выстрела — и ничего больше, — Хэйко предположила, что Кумэ скрылся. Он всегда так делал. Всегда, сколько она его знала. И теперь при виде его мертвого тела Хэйко лишилась самообладания. Она упала бы, если б не объятия Гэндзи. Хэйко зажмурилась и прижалась к князю, пытаясь за меньшей слабостью скрыть большую. Кумэ мертв!
Нет, мой господин, — сказала Хэйко.
Несомненно, даже советники сёгуна, сколь бы слабы они не были, не оставят подобное оскорбление безнаказанным, — заметил Сэйки.
Гэндзи оглядел руины дворца «Тихий журавль».
Здесь нет никакого оскорбления. Мы спали три столетия и видели сны о древней воинской доблести. Теперь мы проснулись. Только и всего.
Некоторые верят, что победа зависит от более искусной стратегии.
Другие полагаются на доблесть.
Третьи возлагают надежды на милость богов.
Есть и такие, которые рассчитывают на шпионов, убийц, соблазн, измену, продажность, алчность, страх.
Все эти пути иллюзорны — по одной простой причине. Одна лишь мысль о победе — и ты теряешь реальность, цепляясь за иллюзию.
Но что же реально? Когда ты скрестишь клинок с врагом, и жизнь твоя повиснет на волоске, ты поймешь это.
А если не поймешь, значит, ты прожил жизнь напрасно.
Преподобный настоятель, — сказал Сэйки, — вы совершили оплошность, не привезя с собой вашего чужеземца. Согласно пророчеству, на Новый год некий чужеземец спасет жизнь князю. И мы до сих пор не знаем, кто именно это будет.
Сохаку предпочел пропустить мимо ушей сарказм, с которым Сэйки произнес его бывший духовный титул.
Я настойчиво предлагал князю Гэндзи именно так и поступить. Он отказался, сказав, что чужеземец, о котором шла речь в пророчестве, уже найден, и его жизнь уже спасена.
Покойный князь Киёри доверил нам троим оберегать его внука, — сказал Кудо. — Это означает, что в некоторых случаях мы должны быть непреклонны, и даже идти против воли молодого князя. Сохранить его жизнь важнее, чем приобрести или потерять его благосклонность.
Я прекрасно это осознаю, — сказал Сохаку. — Но я не мог действовать вопреки прямому приказу князя.
Слабый довод, — сказал Сэйки. — Вы могли устроить так, чтоб чужеземец прибыл в Эдо самостоятельно — возможно, в результате «недоразумения». Князю пришлось бы тогда принять все как есть.
Благодарю вас за ценное наставление, — сказал Сохаку. Чувствуя, что начинает злиться, он поклонился с преувеличенной почтительностью. — Прошу вас, объясните мне еще, каким «недоразумением» я должен был воспользоваться, чтоб помешать князю назначить господина Сигеру на прежнюю должность?
