Всего через час Рейтор вручал цветок, и улыбался, глядя, как смущается Касия. Сил снова наросло столько, что мог бы и поделиться. Рассказать, что делал сегодня, Рейтор не мог, да и не хотел. Он вел себя как простой вестник, который прилетел в бюро за новой порцией писем. Никаких личных разговоров, все по правилам бюро, по плану. Только безопасная переписка, крошечный, ни к чем не обязывающий флирт, скрашивающий пережитую боль. Всего лишь.
Касия помедлила с ответом. Как всеведущий Рейтор мог бы прочитать ее, чтобы узнать; мог даже повлиять, но даже близко не думал. Карандаш в женской руке двинулся, и Рейтор как простой Ворон задержал дыхания, гадая, что она напишет, боясь, что откажется. Ликование, которое он ощутил, прочитав ответ, было не сравнимо с победой над Драконом. Даже близко — не то.
Замерзшая река холодно сверкала ледяными гранями льда. По обеим берегам косматыми стражами стояли ели. На них медленно наползали сизые столбы дыма от костров.
— Сюда? Ты уверена? — озадаченно спросила Мари, взирая на многочисленные фигуры мужчин, шевелящиеся у мельницы.
Как и я, она искала глазами женщин. Тщетно. Кроме нас — ни одной.
— Да… — неуверенно сказала я, снова сверившись с адресом, который написал Рейтор в ответ на мое необдуманное «хочу».
Он приписал, что я могу прилететь с подругой. Предложением я воспользовалась — взяла с собой Мари в качестве подмоги.
Переглянувшись, мы направились к мельнице.
Выглядела она заброшенной, старой. Стены из грубо отесанных бревен покрылись слоем иссиня-черного мха. Колесо, которое должно весело крутиться в воде, застыло, замурованное в тисках ледяного кокона, словно гигантский жук, пойманный в янтарь. Крыша соседнего амбара просела под тяжестью снега. Из-под него торчали редкие пучки прошлогодней травы.
Вокруг царило оживление: весело горели костры, на которых разнородные мужчины сообща жарили куски мяса. Смех и разговоры сливались в единый низкий гул, похожий на пчелиный рой. И в этот рой мы шли по доброй воле, потому что кое-кому, видите ли, нестерпимо приспичило узнать, чем же так будет занят «разбойник».
А зачем мне это надо, я ответить не могла даже сама себе… Но, закончив работу, без раздумий стартовала к Мари и уговорила ее полететь к мельнице. Зато теперь в решении сомневалась — место не выглядело безопасным.
— Кас, но тут одни мужчины! — испуганно шепнула Мари, вжимаясь в мой бок.
То и дело ругая себя за необдуманное любопытство, я осторожно шагала по хрустящему снегу. Ноги периодически проваливались в пустоты.
— Ну и что? Нас же пригласили, — я ободряюще пихнула подругу в ответ, не выдавая сомнений. Мы осторожно обошли группу мужчин из рода Волка. Переговариваясь и посмеиваясь, те проводили нас любопытными взглядами.
— Вот и птички на ужин, — насмешливо прокомментировал кто-то, поигрывая рукоятью ножа.
— Не спугни. Красавицы, не хотите ли курочки? — добавил другой, подмигивая своим товарищам.
— Не смотри на них! — прошипела Мари.
— И не собиралась! — я твердо устремила взгляд вперед. Боковым зрением, конечно, следила во всю. Запах жареного мяса щекотал ноздри.
— Если нас убьют и изнасилуют, я никогда тебя не прощу, — дрожащим голосом прошептала Мари, придерживая у лица капюшон.
— Если… Наоборот же делают!
— Кто их знает…
Прижавшись друг к другу, каждую секунду готовые обернуться и улететь, мы с достоинством прошествовали мимо. У Воронов не принято показывать эмоции чужим, и мы с Мари следовали этой традиции. Но колени подкашивались.
Мужчины с любопытством оглядывались, но, к счастью, подойти не пытались. Кроме Волков, я видела мощные фигуры Быков; присутствовали и Змеи. Великородные были не из низов. Я приметила дорогую вышивку на нескольких плащах.
Черная тень мелькнула слева. Ворон! Обернувшись, подлетевший Ворон превратился в мужчину и встал перед нами, преграждая путь. Я было обрадовалась (Рейтор!), но это оказался не он, а его приятель — Иней. Все равно встретить своего стало облегчением. Мы поздоровались.