– Все еще сетуешь на то, что я не позволил тебе выбрать более «мышечный» класс? – неожиданно раздался голос Ворона. Стрелец вздрогнул и увидел справа от себя мага в капюшоне и без очков.
– Это не я, так распорядилась Система. Она знает, кем ты хочешь стать лучше тебя, – голос Ворона звучал весьма дружелюбно. – Пойдем. Не хочу, чтобы нас подслушали.
Толпа расступалась, когда они медленно шли вдоль полуметровой ограды, но не уделяла им особого внимания и словно не узнавала в лицо.
– Они все – персонажи. Актеры нашего спектакля в костюмах квазиличностей. И – что забавляет меня больше всего – готовы работать на сцене бесплатно, проводить здесь дни и ночи, даже платить за предоставление работы и выпрашивать новых заданий! Единственное требование этих энтузиастов – свобода выбирать костюм. Гамеры здесь только из-за костюмов – внешности, характера поведения, сюжетных линий, узнаваемости прототипов. Их жизнь пуста и безобразна, и они рвутся к подвигам и красивым телам – пусть даже временным и виртуальным.
– А какая у них роль в твоем сюжете?
– Их роль тривиальна – насытить тщеславие, дать о себе рекламу, продаться за внимание. «Набор оригинальных ачивок дает прекрасную возможность похвастаться своими достижениями перед друзьями», даю цитату из рекламного видеоролика «Armour of God».
– Разве это плохо?
– Нет, конечно! Это очень даже хорошо! Отделу сценаристов эта маленькая человеческая слабость открывает безграничные возможности. Мы придумаем обстоятельство с кучкой некрасивых подонков, для которых, разумеется, нет ничего святого, и невинной, доброй, лоховатой жертвой их издевательств, чтобы земляне утолили дефицит справедливости и рыцарски покарали негодяев. Мы сочиним историю про милую девицу, которую грубо пихают замуж за жирного, старого, мерзкого, коррумпированного чиновника вопреки ее кристальной любви к нищему слесарю, чтобы неравнодушные люди поспособствовали воцарению светлых чувств в грязном мире животной похоти и неравномерного распределения финансовых благ. Мы сплетем целый детектив загадок, которые землянин, самый умный и находчивый, разберет по винтикам и покажет лучам солнца истину во всей ее красе. Мы обустроим подземелье, самое жуткое и скверное, куда осмелятся войти и победить орды монстров во главе со сверхсильным боссом лишь самые отважные герои. Мы…
– Они создают добро! Это же классно!
Ворон неопределенно мотнул головой.
– Люди не приходят сюда, они убегают сюда, – продолжал маг как будто наедине сам с собой. – И убежав, им необходимо перевоплотиться. Никто не захочет играть хилым персонажем, которого избивают все подряд, или читать книжку о мерзком педофиле, истекающим слюной по малолетке (да простит меня мастер Набоков). Слышал что-нибудь о зеркальных нейронах? Наблюдатель, который видит историю, сопоставляет себя с главным героем (или с одним из них). Он примеряет на себе его маску, смотрит его глазами, переживает его чувства. И, конечно, в таких условиях наблюдателю хочется быть самым-самым: самым сильным, самым отважным, самым умным, самым привлекательным, знаменитым, желанным. Он хочет быть супергероем, а не посредственностью второго плана, непутёхой и лузером, – с этой ролью наблюдатель прекрасно справляется в обыденной жизни. Намек ясен?
Намек был не ясен, но Гэгэ на всякий случай кивнул. В конце концов, основной талант умного человека – вовремя имитировать наличие ума.
– Чем ничтожней самооценка наблюдателя, чем глупей и невыразительней он влачит свою жизненку, тем круче требует сюжеты, краше спецэффекты, пафосней героев, богаче обстановку. И сами создатели историй – не исключение. Самая убогая культурная прослойка – серотониновые барыги и наркоманы, – после этих непонятных слов он оглядел аватаров с нескрываемым презрением и чуть ли не откровенной враждой.
«Странный тип. Маньяк, ей-богу. Что он мелет? Это что, его роль?»
Стрелец не знал, как реагировать на подобное заявление. Наверно, сценарием игры этот диалог был не прописан, потому и слова у главгера в уме подбирались с трудом. Ворон импровизировал, общался с ним как человек с человеком. Подумать только: программа разговаривала с пользователем, как с равным себе!
Маг недоверчиво покосился на главгера и, кажется, уловил что-то в выражении его лица, потому что через миг он заговорил привычным, отрепетированным тоном:
– Вижу, ты поднялся до второго уровня. Самое время. Пора бы тебе обзавестись кинжалом. Вот, держи, специально для тебя приберег, – маг вынул откуда-то короткий клинок в ножнах и торжественно протянул Стрельцу.
– выгравировано было на стальной рукоятке.
– С-спасибо, – главгер осторожно принял подарок.
– Не волнуйся, этот не багнутый. Я лично проверил.
Специально Зазубренный Кинжал представлял собой короткий клинок с удобной формой рукояти и зубчатым лезвием, как у ножовки. Суммарный показатель уровня экипировки Стрельца поднялся еще на сто двадцать единиц, что не могло его не радовать.
