— Признаю, я последнее время повысил к ней градус внимания. Только это специально и сугубо по делу. Она должна быть на моей стороне. На нашей. А что может быть более управляемым, чем влюбленная дурочка?
— Что⁈ Ты совсем сдурел?
— Нет, просто — прагматичен. Кстати, это оказалась такая легкая задача, даже как-то скучно, — усмехнулся волхв. А Леру словно опалило изнутри. Вот так? Все настолько очевидно и гадко? Влюбленная дурочка всего лишь легкая и скучная цель?
Она задышала глубоко и часто, чувствуя, что не хватает воздуха. Ярость, бешенная и всепоглощающая, поднималась изнутри и требовала выхода. Он оглянулась в поисках выхода. Хоть какого-то.
— Добрыня — за мной! — рявкнула девушка, уволакивая огромного дружинника за собой. В первую попавшуюся дверь. Руки мелко тряслись, перед глазами плясали красные пятна. Она даже не сразу сообразила, что вломилась в кабинет Ярославы. Подошла к столу и оперлась о него бедрами. Сняла и отбросила надоевшую шапку. Тряхнула волосами. Добрыня выглядел напряженным, смотрел хмуро. Не удивительно — слышал все до единого словечка.
— Подойди и поцелуй меня! — требовательно посмотрела на юношу.
— Лер-ра, ты… Ты же этого не хочешь, — растерялся он.
— Поцелуй сейчас же! Или мне кого другого просить?
Против такого вызова Добрыня не мог устоять. Подошел вплотную и внимательно посмотрел с высоты немалого роста. В голубых глазах клубилось море эмоций, видно было, что дружинник борется сам с собой. И проигрывает битву.
Лера сама шагнула к парню, высоко задрала голову. И тот уступил, завороженный яростными всполохами в ее глазах. Не девка — огонь! Но ведь и хрупкая при этом, даже сама не знает насколько. Нежно обнял девичье лицо ладонями и приник к губам. Лере пришлось встать на цыпочки и опереться на могучие плечи, чтобы дотянуться. Добрыня целовал осторожно, бережно лаская податливые губы. Как же приятно, до щемящего кома в груди. Словно вливал в нее что-то светлое, ласковое. Делясь дыханием, отдавая себя. Но ей этого было мало. Она хотела страсти! Сама усилила поцелуй, делая его более напористым, жадным.
— Это что за… — прогремело у нее за спиной. Через мгновение огромного дружинника, как котенка, оторвали от нее и отбросили к дверям, — вон! — рявкнул Драгомир не поворачивая головы. Все его внимание было приковано к огневке. Которую он хотел испепелить взглядом, как и она — его. Гнев мгновенно заполнил все ее существо, грозя вот-вот вырваться наружу. Инстинктивно, девушка облизала ягодные губы, словно желая продлить вкус поцелуя. Который ей понравился. Мужчину это только подстегнуло. Глядя на припухшие от поцелуя губы, он резко подался вперед и втянул носом воздух.
— Драг, — раздался оклик Яры.
— Ты еще и пила⁈ — прошипел Драгомир, — Яра, по-твоему, это означает «просто погуляли»? А завтра куда гулять — на сеновал?
— Ведающий, то моя вина… — начал было дружинник, которого Яра медленно теснила к двери.
— Разумеется — твоя, — волхв все же нехотя повернул голову в сторону молодого сотника. Слова цедил сквозь зубы, едва сдерживаясь, — и ответишь. Потом. А сейчас — вон, я сказал!
— Не тронь ее! — взревел Добрыня.
— Яра, уведи его, ради всех Богов. Иначе не сдержусь.
— Командир, не гоже так!
— Драг! Прошу, не обижай девочку…
— Оставь нас, Яра, — тихо и страшно попросил волхв. И даже она не посмела ослушаться. С трудом увела дружинника и закрыла за собой дверь.
Лера, пока внимание разгневанного волхва переключилось на других, плавно отступала к стене, надеясь все же добраться до выхода и попробовать удрать. Если уж сама Яра не смогла его остановить… Страх и ярость сплелись внутри во взрывоопасную смесь, но сбежать — на тот момент казалось самым разумным.
— Стоять! — раздалось громовое, отчего она инстинктивно прижалась спиной к стене. А почему это она, собственно, боится? За что? Разве в чем-то виновата? Или может быть виноват тот, кто сейчас смеет на нее орать? Лера вмиг вспомнила, все услышанные про себя слова и выпрямилась, гневно задрав подбородок.
— Не надо на меня повышать голос!
Мужчина удивленно поднял брови на ее гневную отповедь. Нарочито медленно подошел почти вплотную, поставив одну руку у ее головы.
— Как прошел день, мышонок? — опасно-мягко спросил он, — прогулялась, выпила… Может еще что-то было? — наклонил голову, словно изучая ее, как диковинное насекомое.
— Может и было. Тебе какое дело?
— Значит — было, — медленно протянул волхв, — и как парнишка? Не подвел? Сколько оргазмов?
Маленькая правая ладонь взлетела для пощечины и была мгновенно перехвачена. Драгомир, криво усмехаясь, прижал пойманную руку над ее головой, заставив яростно, но беспомощно затрепыхаться. И тут его взгляд упал на браслет.
