— Ты уверен, что это дело не Мрака? — настаивала Анжелика. — Тогда кто?
— Некроманты, вообще–то, тоже такие штуки иногда проворачивают, — напомнил ворон. — А если это сделали те, кто упырей в город привозит?
— Иннокентий сказал… — начала Анжелика, но Данияр взглянул в её глаза, и она замолчала.
— Как будто он много знает о воронах, — уже спокойней заметил Данияр и уже деловито сказал: — Теперь пусть ваше руководство разбирается со всем, что тут было. Мы уезжаем и увозим девушку–ворона.
— Как хотите.
Ответ подсказал: алконост и сама знает, что клятва, данная им воронушкой, ненастоящая! Поэтому так легко отпускает…
Анжелика мрачно смотрела на их машину. Наверное, она уже в мыслях представляла, как придётся отчитываться по технике безопасности перед своим старшими. Ей не позавидуешь… Но и жалеть не хотелось. Её группе разок повезло — и они сумели убить упыря, да ещё спасти воронушку. И они решили, что могут всё! А это «могут всё» обернулось против них. Смертью обернулось.
Сами виноваты. Как виноват и Данияр, не умеющий настоять на своём.
Он не стал что–то ещё говорить ей, а развернулся и пошёл к машине. Здесь он помог усадить постепенно оживающую девушку–ворона на заднее сиденье, между Русей и Митей. И попросил:
— Митя, проследи: как она очнётся, пусть не снимает с себя обереги.
— Ага! — пообещал Митя и тут же сурово поинтересовался: — А мы все такое умеем устраивать — ну, со временем?
— Все. Только учиться надо.
— Ты нам многого ещё не рассказал, — вздохнул Александр Михайлович. — Что у тебя ещё в заначке?
— Пока ничего, — отозвался мрачный ворон, то и дело поглядывая назад, на воронушку. — Хотя… Могу сказать, что мы умеем делать, но не сумеем, потому что старших нет. Менять реальность — для отдельных личностей.
— Это как? — удивился Митя.
— Как у загипнотизированных. Они будут думать, что чётко видят, что происходит. А на деле всё иначе. Руся… Ты плачешь?
— Мне жалко тех алконостов! — всхлипнула девушка. — И эту воронушку тоже жалко. И мы даже не знаем, как её зовут. Данияр, она выживет?
— Я успел вынести её до полного отсутствия света, до полного наступления ночи. Может, и выживет. Смотрите–ка, кажись, оклемалась… Эй, как тебя зовут?
— Миранда, — буркнула воронушка.
— Ну нет, говори своё настоящее имя.
— Карина.
— Что ты помнишь, Карина? Помнишь, как ты стояла в той комнате?
— Я всё помню, — угрюмо призналась Карина. — Когда ты схватил меня на руки, я думала, что ты заметил… ну, что у меня голова закружилась. Что мне тяжело стоять и что я вот–вот упаду… А потом всё. Как будто заболела… Тяжело было…
Ещё минута — и девушка–ворон полностью пришла в себя. Это было заметно хотя бы по тому, что она больше не пыталась положить голову на плечо Руси, а села прямо. И Данияр, глубоко вздыхая про себя, выдохнул: не умрёт.
Поскольку с девушкой надо было ближе познакомиться, решили отвезти её на квартиру Данияра. Карина не возражала.
— Только у меня… ноги почти не чувствую.
— Поможем, — пообещал Митя.
И сдержал своё обещание. Не без помощи Руси. Когда приехали к дому, младшие взяли воронушку под руки и повели её к подъезду. Александр Михайлович торопился следом, чтобы подхватить, если что. Ведь девушка шла не просто неуверенно — у неё то и дело подламывались ноги, и младшим приходилось держать её на весу, дожидаясь, пока она соберётся с силами.
Данияру даже почудилось в один из моментов, что вся сочувствующая группа только и ждёт, когда девушке можно будет оказать помощь.
Они прошли мимо почтовых ящиков — к лифту. Краем глаза всё ещё напряжённый Данияр заметил, что в его ящике что–то светлеет. Немного поотстав, он запустил пальцы в ящик (ключей при себе не было) и выудил большую стопу бумаг.
— Что это? — поинтересовался Александр Михайлович, на всякий случай тоже отстав от младших.
Данияр, не веря глазам, перебирал листы. Спохватился и ответил — с очень большим недоумением:
— Бумаги Всеволода.
Сначала Руся решила, что Данияр испугался. Впрочем, было чего… Она сидела в машине и с содроганием подсчитывала смерти этой ночи. Тот человек, который жил в богатом доме. Те алконосты, которые двое суток находились у него. Чуть не умерла девушка–ворон Карина… Потом Руся с удивлением поняла, что Данияр не испуган. Он обозлён. Как он разговаривал с этой Анжеликой!.. Нет, Руся могла бы подобрать слова похлеще! Но, только после того как подумает пару минут. А Данияр был искренен именно сейчас и говорил именно то, что чувствовал и думал. И говорил правильно!..
… Пока мужчины почему–то отстали, они с Митей поднимались на четвёртый этаж Данияра и тащили под руки девушку–ворона. Та шла как–то дёргано: то бодро топала ногами, то вдруг начинала тащиться так, словно вот–вот её медленно поведёт в сторону — и она со всей дури грохнется на плиты лестничной площадки. А был момент, когда Карина внезапно огляделась по сторонам, заглянула в лица своих сопровождающих и пробормотала странное:
— Мы ведь ещё идём?
— Ага… — пыхтя, ответил Митя.
