– Зеркальник – это такая нечисть, которая занимается сбором информации по дому, – объяснила Руся, подавая ей тарелку и чашку с чаем.
– Нечисть?.. А ты тут при чем?
– А я перевожу с его языка на человеческий.
– Руся – переводчица и посредница между двумя мирами, нашим и миром нечисти и нежити, – добавил Данияр.
Карина подозрительно посмотрела на него, потом так же подозрительно – на аппетитные бутерброды. Но сглотнула и взяла один с тарелки на пробу. Все в одобрительном молчании следили, как она ест их и запивает чаем. Девушка же глаза больше не поднимала и ела так, словно делала одолжение. Хотя Руся, сидевшая напротив, видела, что молчаливое внимание тяготит воронушку. Поэтому, когда та дожевывала последний кусочек, заглядывая в свою чашку, спросила:
– Карина, а ты теперь с нами будешь? Или сама по себе?
– Попробуйте только меня одну оставить! – окрысилась воронушка.
Мужчины выдохнули и сели свободней. А Митя даже поднялся и долил ей чаю.
Затем потратили несколько минут на то, чтобы ввести Карину в курс дела. И Александр Михайлович продолжил свои размышления.
– Если с зеркальником не выйдет, спросить барабашек? – предложила Руся. – Они должны знать все, если только это все не укрыто чужими оберегами. Или временна́я ловушка не даст им узнавать информацию?
– В такой ситуации я еще не бывал и ничего сказать не могу, – покачал головой Данияр. – А ты сумеешь поговорить с ними сейчас?
– Да они там уже к окну прилипли, – улыбнулся Митя, который после решения воронушки остаться тоже выглядел успокоенным. – Ждут, пока Руся выйдет к ним.
– Пойду прямо сейчас, – решила девушка и встала из-за стола.
– Я с тобой, – ожидаемо сказал парнишка-ворон.
– А… – начала воронушка и опустила голову, глядя исподлобья. – Это… ну… можно мне… с вами?
– А ты видишь нечистиков? – с любопытством спросила Руся.
– Не знаю, – буркнула та.
– Алконосты не любят нечисть, – сказал Данияр. – Поэтому нечисть не любит алконостов. Поэтому они и не думали тебе показывать кого-то из Навьей мелочи. Они отпускали тебя домой, Карина?
– Только под присмотром. Сказали, что упыри могут снова напасть.
– Поэтому она не видела их. Идите познакомьтесь.
– Кстати, да… – Александр Михайлович смотрел в окно и, кажется, не видел его, и младшие застыли у двери. – Упыри. Убийство воронов, которые издавна жили в городе. Не потому ли, что чужой ворон хотел здесь обосноваться?
– Нет, – категорично сказал Данияр. – Вороны не убийцы. Они близко к чистильщикам, но отнюдь не убийцы.
– Но ведь как-то все это взаимосвязано… Появление упырей, причем не городских. Уничтожение воронов. И внезапная смерть во временно́й ловушке человека.
– Богатого человека, – добавил Митя, и глаза у него заблестели. – А вдруг наследники его заказали кому-то? И чужой ворон решил помочь? Ведь это почти не убийство? Человек попадает в ловушку, быстро стареет и умирает. Но ведь своей смертью. Данияр, а если ты не прав? И чужой ворон именно потому… – Парнишка-ворон неожиданно осекся. – Но упыри… Каким боком?
– Сговор некромантов и чужого ворона? – предположил Александр Михайлович. – Если вороны – люди. Алконосты – люди. Все как ты и говорил, Данияр. У всех человеческие сильные и слабые стороны. А если чужака взяли на слабо? Предложили такую сумму, что он поддался?
– Чтобы подкупить ворона, нужна громадная сумма, – проворчал тот.
– А если на кону стояла сумма еще более громадная? Нет, надо узнать, что за человек был убитый. Очень уж необычная смерть. – Александр Михайлович обратился к Карине: – Алконосты никаких предположений не делали по поводу ловушки?
– Что она может знать? – с досадой перебил Митя. – Мы вытащили ее еще до того, как тот человек умер! А значит, алконосты вообще не знали, умрет ли он. Они только видели, что он слишком быстро стареет!
– Ты прав, – пробормотал Александр Михайлович и кивнул. – Идите на балкон. Я с вами бы пошел с большим удовольствием, но не хотелось бы мешать вашей беседе.
Руся встретилась глазами с воронушкой и кивнула на кухонную дверь. Митя потопал впереди девушек. За спиной Руся услышала голос Александра Михайловича, обращенный к Данияру:
– Ее ты тоже будешь обучать?
– Если время будет. У нас тут такое закручивается, что легче держать ее рядом с нами, чтоб никто на ее жизнь не покусился. Разве что… учить на ходу – в перерывах между делами и поездками.
– Как и всех нас, – вздохнул Александр Михайлович.
Руся, шедшая позади младших воронов, вдруг подумала, что ей очень не нравится эта идея. Что ей очень не хочется, чтобы Данияр учил воронушку всем вороньим премудростям. Пусть ее учит Митя! Ну и что, что он поцапался с ней недавно! Сейчас-то он спокойно относится к ней. Потому что для него она своя. А для нее, для Руси, нет!
Когда Руся ушла за младшими воронами на балкон, Александр Михайлович вполголоса заметил:
– А ведь девчонка к тебе неровно дышит, Данияр.
Данияр поморщился:
– Знаю. Я же ворон – вижу.
– А чего ж ты ее на расстоянии держишь?
– Александр Михалыч, а ты не в личное лезешь? – огрызнулся ворон.
