Я в миг попыталась совершить побег, сорвалась с места и сделала несколько быстрых шагов, но была тут же сбита с ног. Невидимая сила схватила лодыжку, провезла животом по снегу, и вернула на место. Я сделала еще две попытки, пока не получила удар по лицу стволом дерева, так, что от боли заискрилось в глазах.
Кровь, сочившаяся из разбитого носа и губы, закапала прямо на снег, окрашивая землю под ногами в алый цвет.
— Перестань, — раздраженно произнес маг. — Тебе не убежать от меня. Ты моя.
— Аделина! Аделина! — послышался отчаянный крик. Мама изо всех сил бежала к месту действия.
— Мама! — кинулась я навстречу, но ушиблась о невидимую стену, что возвел между нами маг.
Приманка сработала и я попалась как глупая мышь. Клетка только что захлопнулась, и вырваться из нее мне не удастся.
Мама быстро добралась и прильнула к стене, ощупывая и не веря глазам.
— Аделина, девочка моя, доченька, — она заплакала, падая на колени!
Я опустилась вслед за ней.
— Мам, мамочка, не плачь, не надо, — пыталась я сдержать рыдания, понимая насколько глупой была. — Прости меня…
— Эраис, не тронь её, забери меня! — закричала мама человеку позади меня, едва сдерживая рыдания.
— Элеонора, — слегка кивнул он в знак приветствия. — Ты вовремя подоспела! Сейчас ровно полночь и через мгновение я заберу то, что принадлежит мне по праву. Не благодарите за великодушно предоставленную возможность попрощаться. У вас есть две минуты.
— Нет, пожалуйста, забери меня! Но не дочь! Я сделаю всё, как велишь, только оставь её здесь! — умоляла мама на коленях мужчину на вид вдвое моложе себя.
— Мам, не переживай. Я пойду с ним, — глотая горечь досадных слез, я уговаривала ее отпустить. Даже стоя спиной я ощущала силу мага и четко распознала намерения. Он не отступит и планов не изменит.
— Мамуличка, родная моя, я всегда буду любить тебя, папу и всю нашу семью. Вы и наши воспоминания останутся в моем сердце навечно. — слезы растворили подсохшую кровь на лице. Наши ладони встретились, но маг не дал возможности в последний раз прикоснуться и обнять её. — Мне страшно мама, очень страшно, — прошептала я, упершись лбом в эту дьявольскую стену.
— Не бойся. Будешь слушаться, эта кровь на твоем лице больше не повторится, — громко произнес Эраис. — Нам пора.
Портал засветился красным шаром, а потом превратился в черную дыру.
— Эраис! Обещай, что не навредишь! Обещай, что она будет цела! — молила мама о милости самого дьявола. Но он не слушал её.
Я нашла сил встать. Ради мамы и ради всех нас. Чтобы всё это поскорее закончилось и пока я не осмыслила происходящее. Родители переживут потерю, ведь они готовились к этому все годы моей жизни.
— Мам, где папа? С ним все в порядке?
— Да, он в доме…
— Хорошо, передай, что я люблю его. Он самый лучший папа в мире.
— Нет, Адель, нет…
— Мамочка, я зря не верила и не слушала тебя. Но моя вера или ее отсутствие ничего не меняет. Я буду в порядке, обещаю тебе. Посмотри, он ведь обычный парень, — я иронично усмехнулась и кивнула в сторону Эраиса, который стоял в стороне не шевелясь, словно изваяние.
Мама должна была поверить в мой дух, в мой стержень, иначе быть не могло. Поверить, что иного не дано и на то воля её богов. Обернувшись в последний раз, ловя горячо любимые и родные черты искаженного страдающим сердцем лица, я добровольно шагнула в бездну хаоса открывшегося портала.
Дыхание перехватило так, будто душа покидала тело и витала где-то в небесах, а потом просто упала в него с высоты. И хотя я пробудилась ото сна, следовало бы радоваться, что меня не затянуло в черную дыру с концами, но, нет. Осознание действительности означало лишь одно — я жива и точно не в раю.
Скрипучая огромная кровать с балдахином из зеленых парчовых занавесок пахла хвойной древесиной. Перина, на которой я все еще приходила в себя удивила пушистой мягкостью.
Я осмотрелась по сторонам. Лицо все еще саднило от полученной травмы при попытке бегства от Эраиса…
Эраис… Где же он сам?
Кто-то переодел меня в ночную сорочку на завязках. Рюши на рукавах, рюши вокруг шеи, и завязки в виде милого бантика, которые вяло свисали прямо на груди. Стоило усилий, чтоб отмахнуться от мыслей, как этот кто-то раздевает, а потом бережно и нежно завязывает ленты и укладывает меня отдыхать… Надеюсь, тут Эраису помогла тётушка-магия.
Нужно было поспешить подняться и осмотреться более тщательно. А вдруг мне приснился лишь сон и я сейчас в том самом доме на севере? Ощущая подушечками пальцев каждый узор, каждый рельеф, я прошлась вдоль большого резного изножья кровати, начертила узоры на стеклянном туалетном столике, прикоснулась к мрачным рельефным каменным стенам. Мне показалось, что после моих прикосновений стены начали движение, словно задышали.
Тошнота резко подкатила к горлу, вероятно, как последствие перехода сквозь портал. Еле сдерживая рвотные позывы, я кинулась к окну, чтобы глотнуть свежего прохладного, и такого незнакомого мягкого воздуха. Где здесь, интересно, уборная?
— Очнулась? — позади послышался голос Эраиса. Я вздрогнула больше от страха, чем от неожиданности.