Восход тьмы полностью

Настоящее. Храм Первых Богов.

Цикл 9111 от Прихода Первых, лье 148.

Оказавшись здесь в реальности, Май сразу узнал это место. Ведь он уже был в этом разрушенном храме, поросшим зеленью.

Но сейчас ему было все равно на то, как красиво выглядело это место. Ему было все равно абсолютно на все. Из головы не выходил образ обезумевшей Жевьены и предсмертный крик дуба.

– Он так кричал… Как же ему было больно… – Май упал на колени, не в силах даже пошевелится. Ему хотелось плакать, хотелось кричать вместе с древом, хотелось что-то сломать. Но он смотрел в одну точку, вспоминая глаза Жевьены. И ее последние слова. – Почему ты перенесло меня туда, если могло сразу перенести сюда, в храм? Зачем?

«Испытание. Я должно было понять, можешь ли ты сделать правильный выбор. И ты справился, Драконий сын», – голос Безвременья раздался отовсюду. Май не слышал в нем ни нотки сожаления. Ни жалости. Ни грусти. Ни поддержки. Ничего.

– «Это тельдрево почти семь циллениев питалось живыми людьми, сводя их с ума. Они думали, что служат ради великой цели, а на самом деле служили лишь пропитанием для этого паразита. Это было одно из отвратительных созданий, пришедшее из разлома пространства. Ты молодец, что уничтожил его».

– Оно плакало, умирая, – безжизненно поделился Май. – Разве злобное существо будет так делать? Будет кричать от боли? Будет молить о пощаде? Ему просто хотелось жить!

«Оно обмануло тебя, Драконий сын… Живые создания в момент смерти бывают весьма убедительны. А особенно те, кто прибыл с другой стороны.» — Безвременье обдало Мая теплой вибрацией, надеясь успокоить. Но в его сердце с каждым мгновением разрасталась глухая пропасть. – «Благодаря тебе эти люди наконец-то станут свободны от отравляющего действия тельдрева. Они перестанут умирать на тридцатом цикле от малокровия, перестанут болеть, перестанут страдать. Это создание затуманило их разумы, но глубоко внутри эти люди мучались. А теперь ты помог им. Помоги же и мне, Драконий сын.»

Огневик встал, идя навстречу скульптуре. Но из головы не уходил образ умирающего тельдрева и Жевьены.

«Ты отнял у нас все».

Он дошел до комнаты, освещенной лучом света. Здесь было точно так же, как и в его прошлое путешествие.

Зелень окутывала стены, потолок. Пол был покрыт толстым слоем мха, в котором росли цветы. Гемльерис стояла, тянувшись к единственному лучу света. Май смотрел на нее, не веря в происходящее.

– Значит, теперь все закончится? Я освобожу ее и… Ночь отступит?

«Нет, потомок Сирьяна. Пробуждение Геи будет только началом твоего пути… Вместе с ней в вашей реальности окажутся и другие потомки. Ваши судьбы, которые давным-давно сплетены, наконец сойдутся в одном узоре» — Безвременье показало Маю картинки. – «Наш мир умирает из-за ошибок, совершенных Первыми Богами. Они были слишком надменны, тщедушны и пренебрежительны к тому, что делали и говорили. Магия Первоэлементов и Первоначал отвернулась от них… Драконы исчезли, левиафаны сбежали. Парящие города опустились на дно. Жизнь и процветание, подаренная королевству магией, начала угасать.»

При словах Безвременья огневика переместило в темноту. Он видел перед собой величественных Первых, ставящих на колени пред собой. Видел, с какой жадностью они жалели силы, чтобы помочь людям. И с какой щедростью тратили ее на себя. Май видел, как войны губили королевство и как его отстраивали заново. Как магия, которая раньше лилась из каждого существа, стала постепенно угасать. Перед ним пролетели этерналлии, прожитые королевством и его жителями.