Восход тьмы полностью

По лицу девушки заструились горячие слезы, и она громко всхлипывала, еле-еле сдерживая подступающую от бега тошноту. Амалия старалась не двигаться, чтобы не потерять оставшееся в теле тепло, но не могла остановить слезы: они ручьем текли по ее лицу, заставляя щеки гореть от холода еще сильнее.

Девушка приоткрыла глаза и посмотрела на раскрасневшиеся кисти, на которых отпечатались пальцы. Пальцы тех, кто хотел ее смерти.

Из-за быстрого бега каждый удар сердца ощущался как будто у самого горла, которое до сих пор болело от стискивающих его рук. Кислорода не хватало для того, чтобы насытить переболевшие пневмонией легкие. Амалия снова и снова прокручивала в голове события вечера:

Разрастающаяся по Вселенной масса, из которой выходят безликие чудовища, пожирающие все на своем пути. Край света, полностью покрытый тьмой. Силуэты потомков, тонущие в ней, как в болоте. Пророчество об Истинном цветке, что так и не исполнилось. И все из-за нее.

Багдест набрал силу и вышел из Отражения. Его когтистая рука держала девушку за горло, и все это время он нещадно смеялся над ней.

– Посмотри, чего ты добилась! – говорил он, громко усмехаясь.

Он смеялся, пока убивал ее родных. Смеялся, пока весь мир тонул в крови. А она задыхалась. Амалия не могла ничего сделать, не могла никого спасти, лишь наблюдала за Концом, ожидая своей смерти.

Она проснулась от того, что ей было нечем дышать. В темноте комнаты она увидела неизвестного, который своими руками сдавливал ее шею. Амалия хотела пошевелиться, но ее крепко держали за руки и ноги.

– О, вижу, ты проснулась, – прошептал скрипучий голос у нее над ухом. Неизвестный гадко усмехнулся, заметив, как глаза девушки от испуга наливаются кровью. – Это будет последнее послание от Багдеста. Он хотел передать тебе, что…

И в этот момент что-то случилось.

Амалия и сама не поняла, что происходит и почему ее убийцы отвлеклись от нее. Их хватка ослабла, этого хватило, чтобы ударить нападавших и попытаться сбежать…

Амалия лежала среди снега, скрутившись калачиком. Она пыталась успокоиться, поэтому напевала себе колыбельную.

– Enterimo mamorur. Cum cerdaci filliyris…

Призраки бежали по ее следу, едва уловимо мелькая между деревьями.

– Enterimo mamorur. Teita yr cerilllis…

Багровые капли крови, оставшиеся за ней на белоснежных покровах, вели их вперед. Один из преследователей, Дэрил, понимал, что находится на верном пути. Он испытывал особую эйфорию, когда касался своих губ двумя пальцами, обмазанными рубиновой жидкостью. Это была не обычная кровь с едким запахом ржавчины, нет… Он чувствовал кончиком языка терпкий гранат с нотками ириса, который вскружил ему голову. Вкус Первых.

– My elani cereris, – прошептала девушка, прикрывая глаза. Она не могла больше бороться за жизнь. Ей хотелось покончить с этим.

Амалия не услышала хруст снега, раздавшийся в нескольких метрах от нее. Убийца нашел ее.

– Мне интересно, ты действительно думала, что можешь сбежать от Полуночных Демонов, скалли? – заговорил с ней Призрак со скрипучим голосом. Он со всей силы пнул девушку в живот, от чего из нее вышел дух. Амалия сильно закашлялась, выплевывая кровь на белоснежный снег. Зрачки призрака расширились, он закатил глаза, приоткрыв рот и втянул носом терпкий запах ириса, чувствуя, как все его внутренности загораются лишь одним желанием. Сожрать ее сладкую плоть, наслаждаясь каждым кусочком. Он присел рядом с ней на колени, грубо взял ее за лицо и повернув в свою сторону. Амалия быстро и глубоко дышала. Уголки губ были обмазаны багровой жидкостью. Ее испуганный взгляд не метался из стороны в сторону, как могло бы быть у жертвы, нет…

– О нет, милая, не закрывай глаза. Хочу, чтобы ты видела… – прошептал он, внимательно за ней наблюдая. – Нас немного прервали, но я вернулся, чтобы покончить с тобой.