Солнце стояло выше, чем он предполагал. Уже минул полдень, а значит, деревенский люд в большинстве своем сидит дома и обедает. Правда, мальчишки, пасшие овец и коров на придорожных лугах, перекусывали тем, что прихватили с собой, завернув в тряпицы; но когда человек занят едой, он не больно-то глазеет по сторонам. И все же Лойал, несмотря на низко надвинутый капюшон, привлекал внимание. Сидя верхом на Ходоке, Перрин едва достигал макушкой ему до груди. Издалека могло показаться, что взрослого всадника в плаще с капюшоном сопровождают двое детишек верхом на пони и с вьючным пони на поводу. Во всяком случае, Перрин надеялся, что именно так о них и подумают. Необходимо по возможности избежать толков и пересудов. По крайней мере до тех пор, пока он не освободит госпожу Лухан и остальных односельчан. Только бы Кенн не проболтался.
Он и сам надвинул поглубже капюшон. Конечно, и это может привлечь внимание, но вдруг кто-нибудь заметит его бороду и поймет, что он вовсе не ребенок. Хорошо еще день выдался не слишком жарким. После Тира здешнее лето казалось ранней весной.
Ему не составило труда найти дуб с расщепленным надвое могучим стволом. Поверхность древесины внутри расщепа была черной и твердой, как железо. Земля под толстыми раскидистыми ветвями оставалась чистой, не считая валявшейся повсюду шелухи от выеденных белками желудей. Поскольку прямо через деревню идти было ближе, чем окольными путями, госпожа ал’Вир уже поджидала их там, нетерпеливо теребя шаль. Здесь же под дубом, на устилавших землю прошлогодних листьях, сидели на корточках Девы и Гаул. Перрин не сомневался, что они пробрались сюда незамеченными. Он жалел, что сам не обладает таким умением. Ему удавалось неплохо прятаться в лесу, но айильцам, казалось, было все едино – что лес, что поле, что город. Если они того не хотят, заметить их почти невозможно.
Госпожа ал’Вир настояла на том, чтобы остаток пути они проделали пешком, утверждая, что тропа слишком заросла, чтобы ехать по ней верхом. Перрин не был с этим согласен, но все же спешился. Не очень-то удобно сидеть в седле, когда остальные бредут на своих двоих.
Нужно будет сперва взглянуть на лагерь белоплащников у Сторожевого Холма, размышлял он на ходу, а потом решать, как выручить госпожу Лухан и прочих. И где, хотелось бы знать, прячутся Тэм с Абеллом? Ни Бран, ни госпожа ал’Вир ничего не сказали, – может, им это и вправду неизвестно? Если Тэм и Абелл не смогли сами освободить пленников, надо полагать, задача эта не из простых. Но ничего, он постарается с ней справиться. А уж потом займется троллоками.
Жители деревни давным-давно не хаживали этим путем, и тропа почти совсем заросла. Разве что из-за высоких деревьев густой подлесок не сумел все захватить. Рядом с остальными бесшумно двигались айильцы, согласившись с настоянием госпожи ал’Вир всем идти вместе. Лойал что-то одобрительно бормотал при виде исполинских дубов, высоченных елей и пышного болотного мирта. Порой с ветвей доносилось пение малиновки или голосок пересмешника, а раз Перрин учуял охотившуюся в кустах лисицу.
Неожиданно он уловил запах человека – мгновение назад его не было – и услышал слабый шорох. Айильцы напряглись и припали к земле с копьями на изготовку. Перрин потянулся к колчану.
– Успокойтесь, – настойчивым голосом потребовала госпожа ал’Вир, жестом убеждая опустить оружие. – Пожалуйста, успокойтесь.
Вдруг из зарослей появились двое мужчин: один, тот, что слева, – высокий, стройный и смуглый, второй – коренастый, с проседью в волосах. Оба держали в руках натянутые луки с наложенными на тетивы стрелами. На бедре у каждого висел меч. Плащи их сливались с окружающей листвой.
– Стражи! – воскликнул Перрин. – Почему вы не сказали нам, что здесь Айз Седай, госпожа ал’Вир? И мастер Бран о них не обмолвился. Почему?
– Потому что он ничего не знал, – торопливо пояснила она. – Я не лгала, когда говорила, что это дело Круга женщин. – Марин обернулась к Стражам. Ни один из них не опустил лука. – Томас, Айвон, вы меня знаете. Опустите луки. Разве я могла бы привести сюда врагов?
– Огир, – произнес седовласый Страж, – айильцы и желтоглазый парень – конечно же, тот, за которым охотятся белоплащники. А с ними еще и сердитая девица с ножом.
Перрин покосился на Фэйли – та действительно держала наготове метательный нож. На сей раз он был с ней согласен. Пусть они и Стражи, но луки у них натянуты, стрелы нацелены, а лица своей выразительностью мало отличались от наковален. Гаул и Девы, кажется, тоже были готовы начать танец копий, даже не закрыв лица.
– Странная компания, госпожа ал’Вир, – продолжал старший из Стражей. – Надо проверить. Айвон?
Смуглый воин кивнул и исчез в густом подлеске. Просто слился с ним, Перрин даже не услышал движения. Стражи умели перемещаться неуловимо, как сама смерть.
– Так вот что вы имели в виду, говоря, что это дело Круга Женщин, – догадался Перрин. – Я понимаю, что от белоплащников жди беды, коли они прослышат про Айз Седай, и потому такое надо держать в секрете от Хари Коплина. Но зачем скрывать это от мэра? И от нас?
