– Я думаю, нет, – спокойно ответила Верин. – Даже если найдутся согласные зачать и выносить детей от укрощенных мужчин, нет уверенности ни в том, что у них родятся девочки, ни в том, что они будут способны направлять Силу. Я предложила другое. Если мы хотим закрепить эту способность в потомстве, иметь детей должны именно Айз Седай. И начинать тогда, вообще-то, надо с них самих, раз именно они предложили такую идею. Алвиарин не очень-то обрадовалась.
– А с чего ей радоваться? – рассмеялась Аланна. Неожиданное веселье пугало Перрина еще больше, чем горящий взгляд этой женщины. – Но жаль, что я не видела выражения ее лица.
– Лицо у нее тогда было… интересное, – подумав, отметила Коричневая сестра и обратилась к Перрину: – Успокойся, Перрин, я отвечу на твой вопрос. Чаю?
Пытаясь хоть как-то укрыться от пытливых взглядов, тот и сам не заметил, как оказался сидящим на полу с металлической кружкой крепкого чая в руке. Все уселись в кружок посередине комнаты. Отвечать на вопрос Перрина взялась Аланна. В отличие от большинства Айз Седай она не была склонна распространяться вокруг да около, а говорила кратко и по существу:
– Здесь, в Двуречье, куда, я думаю, за последнюю тысячу лет не наведывалась ни одна Айз Седай, Морейн обнаружила сразу двух девушек – да каких! Обладающих прирожденной способностью, а не просто тех, кому требуется обучение. И она прослышала еще об одной, которая умерла оттого, что ее вовремя не обучили.
– Не говоря уже о сразу трех та’веренах, – пробормотала Верин, уткнувшись в свой чай.
– Ты хоть представляешь, – продолжала Аланна, – сколько городов и селений требуется объехать, чтобы найти трех девушек с врожденной способностью? Удивляться приходится тому, что мы так долго не отправлялись на поиски сюда. Древняя кровь сильна здесь, в Двуречье. Так вот, мы обосновались в Сторожевом Холме за неделю до того, как туда заявились белоплащники. Из осторожности мы не открылись никому, кроме Круга женщин, что несколько сужало возможности поиска, но даже при этом нам удалось найти четырех девушек, способных к обучению, и одну девочку, у которой, кажется, есть природный дар.
– Пока об этом трудно судить, – добавила Верин. – Ей всего двенадцать. Возможности у всех найденных далеко не те, что у Эгвейн или Найнив, но то, что мы их нашли, само по себе примечательно. Может быть, в окрестностях Сторожевого Холма обнаружатся и другие. Две или три. Дальше к югу мы еще не искали – возможности не представилось. Ну а Таренский Перевоз, должна заметить, нас разочаровал. Тамошняя кровь не чиста, – видать, сказалось смешение с чужаками.
С этим Перрин вполне мог согласиться, однако все услышанное еще не было ответом на его вопрос и не устранило всех сомнений. Он вытянул ногу – рана в бедре все еще ныла.
– Но все же я не понимаю, почему вы сидите здесь сложа руки. Белоплащники хватают невинных людей. Троллоки зверствуют по всему Двуречью, а вам будто и дела нет. – Перрин расслышал, как Лойал пробормотал себе под нос что-то насчет «разгневать Айз Седай» и «осиного гнезда», но не унялся. – Почему вы ничего не предпринимаете? Ведь вы же Айз Седай! Почему, чтоб мне сгореть, вы ничего не делаете?!
– Перрин, – прошипела Фэйли и с извиняющейся улыбкой обратилась к Верин и Аланне: – Простите его, пожалуйста. Его испортила Морейн Седай. Кажется, она слишком снисходительна и многое спускала ему с рук. Простите его, он больше не будет.
Девушка бросила на него сердитый взгляд, давая понять, что сказанное предназначалось и для его ушей. Пожалуй, в первую очередь для его ушей. Но он в ответ посмотрел на Фэйли еще более гневно. Нечего ей встревать в его дела.
– Снисходительна? – удивленно моргнула Верин. – Это Морейн-то? Я за ней такого не замечала.
Аланна сделала знак Фэйли, чтобы девушка замолчала.
– Ты и впрямь не понимаешь, – натянуто сказала Айз Седай, обращаясь к Перрину. – Не понимаешь, потому что не знаешь, насколько ограничены мы в своих действиях. Три клятвы – это не пустые слова. Я привела с собой двух своих Стражей.
Зеленая Айя была единственной, сестры которой связывали себя не с одним Стражем, а с двумя одновременно; у некоторых, как слышал Перрин, было даже три-четыре Стража.
– Чада Света настигли Овэйна в открытом поле. Я чувствовала каждую попадавшую в него стрелу, его боль была моей болью. Я умирала вместе с ним. Будь я рядом, возможно, мне удалось бы защитить и его, и себя, прибегнув к Силе. Но использовать Силу ради мести я не могу. Клятвы этого не позволяют. Эти Чада в жестокости и коварстве порой не уступают друзьям Темного, но все же они не приспешники Тьмы, а стало быть, применить против них Силу можно только при самозащите. Преступить это правило мы не можем.
– Что касается троллоков, – добавила Верин, – то мы уничтожили немало этой нечисти и даже прикончили двух мурддраалов, но наши возможности небеспредельны. Полулюди каким-то образом ощущают потоки Силы. И если они наведут на нас сотню-другую троллоков, нам останется только бежать.
