Лошадей повели в конюшни. Томас отвел своего серого сам, – видать, этот конь не подпускал к себе никого, кроме хозяина. Затем все, кроме карауливших на крышах мальчишек, повалили в дом. Народу набилась полная комната, Левины и ал’Сины, не разбирая родства и старшинства, сгрудились вокруг стола. Детишки, желая поглазеть на гостей, карабкались взрослым на руки и на спины или протискивались у них между ног.
Гостям налили крепкого чаю и усадили их на плетеные стулья с высокими спинками, а Верин и Фэйли даже предложили вышитые подушки. Верин, Томас и Фэйли вызвали всеобщее возбуждение – собравшиеся переглядывались, перешептывались и таращились на гостей так, будто на головах у тех красовались короны или же ждали от них какой-то неслыханной выходки. Чужаки в Двуречье всегда возбуждали любопытство. Особенно много судачили по поводу меча Томаса – мечи здесь были в диковинку, во всяком случае до появления белоплащников. Кто-то предположил, что Томас из их числа, другие утверждали, что он лорд. Какой-то малец – от горшка два вершка – высказал предположение, что это Страж, но был поднят старшими на смех.
После того как усадили гостей, на свое место перед большим каменным очагом уселся и сам хозяин, Джак ал’Син – коренастый плечистый мужчина с такими же седыми волосами, как у мастера ал’Вира, только росшими еще реже. За спиной у фермера, на каминной полке между двумя большими серебряными кубками, тикали часы – символ достатка и жизненного успеха. Джак поднял руку, и все разговоры смолкли, хотя его кузен Вит, на вид практически близнец Джака, разве что совсем лысый, и Фланн Левин, весь узловатый, седовласый и тощий как жердь, все равно зашикали на своих родственников.
– Госпожа Матвин, леди Фэйли, – сказал хозяин и неловко поклонился каждой из женщин. – Рад приветствовать вас в моем доме. Вы можете гостить у нас сколько пожелаете, однако я обязан вас предостеречь. Думаю, вам известно, какая в наших краях напасть. Лучше бы вам ехать прямиком в Эмондов Луг или в Сторожевой Холм. Там безопасней. Я бы посоветовал вам вообще уехать из Двуречья, но Чада Света, не знаю уж почему, никому не позволяют переправиться через Тарен.
– Но здесь у вас так много чудесных историй, – помаргивая, мягко возразила Верин. – В Эмондовом Лугу таких не услышишь.
Ни разу не солгав, она ухитрилась создать впечатление, будто приехала в Двуречье в поисках древних легенд и преданий – так же как в свое время и Морейн; казалось, то было так давно. Кольцо Великого Змея Айз Седай спрятала в поясной кошель, хотя едва ли здесь хоть кто-нибудь знал, что оно значит.
Элиза ал’Син расправила белый передник и с печальной улыбкой на морщинистом лице обратилась к Верин. Хотя у нее в волосах седины было меньше, чем у мужа, выглядела она старше Верин и по виду годилась ей в матери. Весьма вероятно, именно так она и считала.
– Для нас большая честь принимать в своем доме такую ученую особу, но все же Джак прав. У нас вы желанные гости, но, когда надумаете уезжать, отправляйтесь сразу в деревню. Путешествовать нынче небезопасно. То же относится и к вам, леди, – добавила она, обращаясь к Фэйли. – Двум женщинам, которых охраняет лишь горстка мужчин, лучше поостеречься – не ровен час, нарветесь на троллоков.
– Благодарю за предупреждение, – спокойно ответила Фэйли.
Она попивала чай со столь же невозмутимым видом, как и Верин, которая вновь принялась чиркать что-то в своей книжице, улыбаясь и бормоча:
– Здесь столько древних историй!
Молоденькая девица ал’Син, не сводившая с Фэйли восхищенного взгляда, с поклоном поднесла ей масляное печенье.
Перрин незаметно усмехнулся. Хуторяне наверняка принимали Фэйли, в ее изысканном зеленом дорожном наряде, за знатную особу. Ничего не скажешь, она умеет держаться как настоящая леди. Когда захочет. Но эта восторженная девчонка понятия не имеет, что Фэйли умеет браниться почище любого фургонного возчика.
Госпожа ал’Син повернулась к мужу и покачала головой. Ясно было, что ни Верин, ни Фэйли не переубедить.
– Может, ты уговоришь их? – спросил Джак у Томаса.
– Я иду, куда мне велят, – коротко ответил Страж. Хоть он и сидел с чашкой чая в руке, Страж выглядел так, словно в любой момент готов обнажить меч.
Мастер ал’Син вздохнул и переменил тему:
– Перрин, многие из нас встречались с тобой в Эмондовом Лугу. Можно сказать, что мы тебя знаем, точнее, знали, пока ты не сбежал в прошлом году невесть куда. О тебе тут ходят странные слухи, хотя, я думаю, будь они верны, Тэм и Абелл с тобой бы не связались.
Жена Фланна, Эдин, пухленькая самоуверенная женщина, громко хмыкнула:
– Про Тэма с Абеллом тоже есть что порассказать, а уж про их сыновей и подавно. Они ведь сбежали с Айз Седай! С целой дюжиной Айз Седай! Помните, как Эмондов Луг дотла спалили? Одному Свету ведомо, на что они способны. Говорят, эти Айз Седай и дочку ал’Виров с собой свели.
Фланн покачал головой – дескать, что тут поделаешь – и виновато посмотрел на Джака.
