– Вообще-то, холодно. – Илэйн огляделась по сторонам. – К тому же все время, даже когда рядом никого нет, кажется, что на тебя кто-то смотрит. – Неожиданно она хихикнула. – Том и Джуилин, бедняги, не знают, куда глаза девать. Половина нашей команды – женщины.
Эгвейн тоже обвела взглядом колонны и поежилась. Ей было как-то неуютно. Чудилось, будто за ними подсматривают. Несомненно, такое чувство возникает потому, что в Твердыне, кроме них, никого нет. Никто из имевших доступ в Тел’аран’риод не мог знать, что они встретятся здесь, и следить за ними.
– Том? Том Меррилин? И Джуилин Сандар? Они что, с тобой?
– Ой, Эгвейн, можешь себе представить, Ранд послал их. Ранд и Лан. Точнее, Тома послала Морейн, но мастера Сандара – Ранд с Ланом. Послали нам в помощь. Найнив делает вид, что сердится на Лана, а сама, наверное, рада.
Эгвейн с трудом сдержала смех. Найнив сердится, надо же! Лицо Илэйн лучилось. Неожиданно на ней оказалось другое платье, с гораздо более глубоким вырезом, хотя сама девушка даже не заметила этого. С помощью перекрученного каменного кольца дочь-наследница могла проникать в Мир снов так же легко, как и Эгвейн, но тер’ангриал сам по себе не давал ей возможности контролировать обстановку. Этому надо было учиться. Посторонняя мысль – например, о том, как бы ей хотелось выглядеть при встрече с Рандом, – могла запросто вызвать подобную перемену.
– Как он? – В голосе Илэйн звучала странная смесь деланого безразличия с боязливым предчувствием.
– Хорошо, – ответила Эгвейн. – По-моему, у него все хорошо.
Она выложила все, что знала и что смогла уловить из услышанного ею разговора – о Портальных камнях, Руидине, о прошлом, увиденном глазами предков, диковинном змее, запечатленном на предплечьях Ранда, – точь-в-точь таком, как на стяге Дракона, – и об откровении Бэйр, заявившей, что Ранду суждено решить судьбу айильцев, и о созыве клановых вождей в Алкайр Дал. Должно быть, Эмис и другие Хранительницы Мудрости сейчас как раз этим и занимаются; во всяком случае, Эгвейн отчаянно на это надеялась. Вкратце пересказала она даже и историю истинных родителей Ранда.
– Кажется, все хорошо, хотя я не совсем в этом уверена, – закончила свой рассказ девушка. – Последнее время он ведет себя странно, еще более странно, чем раньше. Да и Мэт от него не отстает. Не хочу сказать, что он обезумел, но… В чем-то Ранд теперь так же суров, как Руарк или Лан, если не больше. Он что-то задумал, причем не хочет, чтобы об этом прознали, и очень торопится осуществить свой замысел. Это тревожит. Порой мне кажется, что он больше не видит людей – они для него словно камни на игровой доске.
Илэйн, однако, была не слишком обеспокоена услышанным:
– Он такой, какой есть, Эгвейн. Король или полководец не может позволить себе видеть каждого человека. Правитель должен заботиться о благе всей страны, и иногда ему приходится ущемлять чьи-то интересы во имя высшей цели. Пойми, Эгвейн, Ранд – король, пусть даже без государства, если не считать Тир, конечно, и если он будет пытаться угодить каждому, это может обернуться бедой для всех.
Эгвейн фыркнула. Может, оно и верно, но ей такое вовсе не по нраву. Люди есть люди, и относиться к ним надо соответственно.
– И вот еще что. Некоторые Хранительницы Мудрости умеют направлять Силу. Не знаю, многие ли, но во всяком случае не одна. Эмис сказала мне, что они специально отыскивают девушек с прирожденными способностями – тех, в ком есть искра.
У Айил ни одна женщина не погибла, пытаясь самостоятельно научиться направлять Силу, при этом не понимая даже, что хочет сделать. У Айил не было такого явления, как «дички». Мужчинам, у которых обнаруживается такая способность, уготована страшная участь. Они уходят в Запустение, а то и дальше на север, в Проклятые земли, к самому Шайол Гул. «Мы идем убить Темного», – говорят они, уходя. Ни один из них не впал в безумие, ибо ни один не вернулся живым.
– Авиенда, как выяснилось, обладает врожденными способностями. Мне кажется, что она будет очень сильной, и Эмис тоже так думает, – сказала Эгвейн.
– Авиенда, – задумчиво произнесла Илэйн. – Ну конечно. Мне следовало бы догадаться. С первой встречи с Джорин я почувствовала с ней такую же близость, как и с Авиендой, а до этого – с тобой.
– Джорин?
Илэйн поморщилась:
– Я обещала сохранить ее секрет, а сама проболталась при первой же возможности. Ну да ладно, от тебя-то, я думаю, ни ей, ни ее сестрам вреда не будет. Джорин – Ищущая Ветер на «Танцующем на волнах». Она умеет направлять Силу, так же как и некоторые другие Ищущие Ветер. – Илэйн с подозрением огляделась по сторонам, и на смену вырезу на платье пришел высокий, под самый подбородок, ворот. Девушка поправила темную кружевную шаль, которой только что на ней не было и которая теперь накрыла волосы и затенила ее лицо. – Эгвейн, – попросила она, – пожалуйста, никому этого не рассказывай. Джорин боится, что Башня заставит их всех стать Айз Седай или, во всяком случае, как-то подчинит себе. Я обещала, что постараюсь уберечь ее от этого.
