Девушка охнула и в следующий миг проснулась. Сердце ее неистово колотилось. Над головой нависла низенькая темная крыша палатки, в которую со стороны входа проникал лишь слабый свет луны. Ночи в Пустыне были столь же холодны, сколь жарки дни, а потому Эгвейн была укрыта одеялами, палатку же обогревала, распространяя сладковатый запах сушеного помета, жаровня. Но что все-таки вытянуло ее обратно?
Неожиданно девушка поняла – скорее почувствовала, чем увидела, – что рядом с ней, скрестив ноги, сидит окутанная тенями Эмис. Лицо ее казалось мрачным как ночь, и сулило недоброе.
– Это твоя работа, Эмис? – раздраженно спросила Эгвейн. – Ты не должна так со мной обращаться. Я – Айз Седай из Зеленой Айя… – ложь легко слетела с ее губ, – и ты не имеешь права…
– Это за Драконовой Стеной, в своей Белой Башне ты Айз Седай, – оборвала ее суровым голосом Эмис. – Здесь ты – невежественная ученица, девчонка, готовая по глупости залезть в змеиное логово.
– Я и вправду обещала, что не отправлюсь в Тел’аран’риод без тебя, – сказала Эгвейн, стараясь говорить рассудительно, – но…
Что-то схватило ее за лодыжки и потащило за ноги вверх. Одеяла свалились, рубаха съехала к подмышкам. В следующий миг она уже висела в воздухе вниз головой – лицо ее находилось на одном уровне с лицом Эмис. Разозлившись, Эгвейн открыла себя саидар – и ощутила невидимую преграду.
– Ты решила идти одна, – тихо прошипела Эмис. – Хоть я тебя и предупреждала, ты не удержалась…
Казалось, глаза Хранительницы Мудрости разгораются в темноте все ярче и ярче.
– Тебе, видимо, все равно, с чем там можно столкнуться. А в снах встречается такое, перед чем дрогнет и самое отважное сердце…
Неожиданно лицо Эмис начало менять очертания, вытягиваться и расплываться – лишь глаза горели, как ярко-голубые уголья. Кожа зашелушилась, превращаясь в чешую, открылась пасть, обнажая ряды острых зубов.
– Такое, что способно пожрать самое отважное сердце… – прорычала она.
Эгвейн с истошным криком забилась о щит, отделявший ее от Источника. Тщетно. Она попыталась ударить по этой жуткой звериной морде, которая никак не могла быть лицом Эмис, но что-то вцепилось в ее запястья. Висящая в воздухе, она могла лишь пронзительно кричать. Страшные челюсти сомкнулись на ее лице.
Эгвейн все еще кричала, когда поняла, что сидит на постели, вцепившись руками в одеяло. Она с трудом заставила себя закрыть рот, но никак не могла унять сотрясавшую ее дрожь. Где она – все в той же палатке или уже нет? В тени, скрестив ноги, сидела Эмис, окруженная свечением саидар. Если только это действительно Эмис. В отчаянии Эгвейн потянулась к Источнику и едва не разрыдалась, вновь натолкнувшись на барьер. Отбросив в сторону одеяло, она поползла на четвереньках по разворошенной постели и, раскидывая аккуратно сложенную одежду по коврам, принялась искать нож. Ведь был же у нее нож! Где же он? Вот!
– Сядь и успокойся, – отрывисто приказала Эмис. – А будешь дергаться и дурить, такое тебе задам, что мало не покажется.
Эгвейн развернулась на коленях. Руки ее не дрожали лишь потому, что стискивали рукоять ножа.
– Эмис, это на самом деле ты?
– Я – и тогда, и сейчас, и потом. Я преподала тебе жестокий урок, но только такие и приносят пользу. А ты, кажется, собралась ударить меня ножом?
Поколебавшись, Эгвейн все же вложила нож в ножны.
– Эмис, ты не имела права…
– Я имела полное право! Ты дала мне слово! Я-то думала, что Айз Седай не могут лгать. Если ты хочешь учиться у меня, делай, что я велю. Я не собираюсь смотреть, как моя ученица сама перережет себе горло! – Эмис вздохнула. Свечение вокруг нее исчезло, пропал и барьер, отделявший Эгвейн от саидар. – Я не могу больше ограждать тебя от Источника. Ты гораздо сильнее меня – если говорить о Единой Силе. Мой щит едва устоял под твоим напором. Но я не уверена, что мне хочется хоть чему-то учить женщину, неспособную держать слово.
– Эмис, обещаю, что впредь буду держать слово нерушимо. Но мне нужно встречаться в Тел’аран’риоде со своими друзьями. Им я тоже обещала. Эмис, им может понадобиться мой совет или моя помощь.
В темноте трудно было судить о выражении лица Эмис, но Эгвейн показалось, что оно не смягчилось.
– Прошу тебя, Эмис. Ты меня уже многому научила. Думаю, я смогу найти их там, где они сейчас. Пожалуйста, не прекращай обучения, ведь мне еще так много нужно узнать. Я сделаю все, что ты скажешь.
– Заплети косы, – без всякого выражения промолвила Эмис.
– Косы? – неуверенно переспросила Эгвейн. Конечно, это сделать нетрудно. Но зачем? Теперь Эгвейн носила распущенные волосы, ниспадавшие ниже плеч, а еще совсем недавно чуть не лопалась от гордости, когда Круг женщин объявил, что она стала вполне взрослой и может заплести косу. Настоящую косу, такую же, как у Найнив. Ведь по обычаям Двуречья косу разрешается носить только взрослым женщинам.
