– Не знаю. Зеленых тоже почти не осталось – во всяком случае, в Башне. Другие Айя раскололись. Большинство Красных по-прежнему здесь. Насколько я понимаю, те, кто не поддержал Элайду, либо погибли, либо бежали. Суан… – Непривычно было называть эту женщину просто по имени, да и Лиане тут же сердито фыркнула, но при нынешних обстоятельствах обращение «мать» прозвучало бы как насмешка. – Суан, вас с Лиане обвинили в том, что вы организовали побег Мазрима Таима. А когда началась неразбериха, то удрал и Логайн, в чем тоже стали винить вас. Не то чтобы вас открыто называли приспешницами Темного – это было бы все равно что признать существование Черной Айя, – но подразумевается нечто подобное, и все это понимают.
– У них что ни слово, то ложь, – тихонько пробормотала Суан. – Они обвиняют меня именно в том, что затеяли сами.
– Выставляют нас приспешницами Темного! – в замешательстве ахнула Лиане. – Нас!..
– А почему бы и нет? – вздохнула Суан. – Они на все пойдут после того, что уже натворили.
Обе умолкли и понуро последовали за Мин. Девушке ужасно не хотелось видеть их отчаявшиеся лица.
По мере приближения к выходу Мин чувствовала себя все увереннее. Неподалеку от Западных ворот, в рощице, она припрятала трех лошадей. Правда, еще неизвестно, удастся ли выехать верхом, ну да ладно. Доберутся до лошадей, а там видно будет, что делать. Да и не станет стража у ворот задерживать уезжающих просительниц. Во всяком случае, Мин хотелось в это верить.
Беглянки уже подходили к своей цели – небольшой, обшитой простыми панелями неприметной двери, открывавшейся на тропинку, которой редко кто пользовался. Эта дверь находилась как раз напротив того места, где ведущий к ней переход выходил в широкий коридор, обегавший по окружности всю Башню. И тут Мин вдруг заметила знакомое лицо – Элайда, неожиданно появившись из-за поворота, двинулась навстречу им.
Мин рухнула на колени, чувствительно ударившись о плиты пола. Сердце едва не выскакивало у нее из груди. Сгорбившись и спрятав лицо в капюшон, она твердила себе: «Я просительница! Обычная, ничем не примечательная просительница! Я тут ни при чем. О Свет, пусть меня никто не заметит!» Девушка чуть приподняла голову, скосив глаза из-под капюшона, ожидая встретить злорадно торжествующий взгляд Элайды.
Но та проследовала мимо, не удостоив взглядом ни Мин, ни ее спутниц. На плечах Элайды красовался полосатый палантин Престола Амерлин. Рядом с ней шествовала Алвиарин в палантине хранительницы летописей – белом, в знак ее прежней принадлежности к Белой Айя. За ними следовали Айз Седай – около дюжины. Почти все были из Красной Айя, хотя Мин заметила две шали с желтой каймой, одну с зеленой и одну с коричневой. Рядом, по обеим сторонам этой процессии, держа руки на рукоятях мечей, шли шестеро Стражей. Даже когда их настороженные взгляды скользнули по трем коленопреклоненным фигурам, они не усмотрели ничего опасного.
Только сейчас Мин поняла, что они трое стоят на коленях, низко склонив головы. Она едва ли не ожидала, что Суан или Лиане вцепятся Элайде в горло, но они подняли глаза, лишь когда та прошествовала мимо.
– Очень немногих женщин усмиряли, – пробормотала Суан, словно разговаривая сама с собой, – и ни одна после этого долго не протянула. Но я слышала, что есть лишь единственный способ выжить – захотеть чего-либо так же сильно, как сильно желание коснуться Источника. – Казалось, взгляд ее уже не выражал потерянности. – Сначала я думала, что больше всего хочу выпотрошить Элайду и повесить ее вялиться на солнце. Но нет! Теперь я поняла, что ничего – ничего! – не желаю так, как дождаться того дня, когда скажу в лицо этой мерзавке, что она проживет долгую-долгую жизнь, чтобы все видели, каково приходится тем, кто смеет утверждать, будто я приспешница Тьмы!
– И Алвиарин, – сдавленным голосом произнесла Лиане. – И Алвиарин!
– Я боялась, что они почувствуют меня, – продолжила Суан, – и только потом сообразила, что чуять-то им теперь нечего. Оказывается, и в том, что ты… усмирена, есть свои преимущества.
Лиане сердито вскинула голову, но Суан настаивала:
– Пойми, ты должна использовать каждое – каждое! – преимущество, какое только сможешь найти. И радоваться этому. – Последние слова прозвучали так, будто Суан старалась убедить себя.
Шедший в конце процессии Страж скрылся за дальним поворотом, и Мин проглотила стоявший в горле ком.
– О преимуществах можно будет поговорить потом, – прохрипела она и умолкла, чтобы сглотнуть еще раз. – А сейчас пойдем к лошадям. Надеюсь, худшее позади.
