«Это что же, драгкары рассчитывали в суматохе добраться до Ранда?»
– Наверное, ты прав, – подумав, откликнулась Дева. – У себя в мокрых землях ты, вероятно, был военным вождем?
Мэт пожалел, что дал волю языку.
– Просто прочитал несколько книжек о военном деле, – пробормотал он, отвернувшись в сторону.
«Проклятые обрывки чьей-то чужой треклятой памяти – вечно лезет в голову всякая чушь». Но может быть, хоть теперь торговцы решат отсюда убраться.
Однако, когда Мэт подошел к фургонам, ни Кадира, ни Кейлли нигде не было видно. Возницы сгрудились вместе и торопливо передавали по кругу жбаны с чем-то весьма напоминающим бренди – тот самый добрый бренди, который они продавали айильцам. Они взволнованно переговаривались, словно троллоки и по сей час осаждали их фургоны. На верхней ступеньке лестницы, ведущей в фургон Кадира, стояла Изендре и, хмурясь, озиралась по сторонам. Даже насупленные брови и наморщенный лоб не умаляли ее красоты. Мэт порадовался тому, что хоть воспоминания о женщинах – его собственные.
– С троллоками покончено, – заявил Изендре Мэт, демонстративно опираясь на свое копье. Он резонно полагал, что раз уж пришлось драться, то не помешает извлечь из этого хоть какую-то пользу. – Жаркое было дело, зато теперь вам ничто не грозит. – Голос его звучал устало.
Женщина взглянула на него безо всякого выражения, глаза ее блестели в темноте, как полированный камень. Не сказав ни слова, она повернулась и скрылась в фургоне, захлопнув за собой дверь. Крепко захлопнув.
Мэт разочарованно вздохнул и побрел прочь от фургонов. И чем пронять эту красотку? Впрочем, сейчас ему больше всего хотелось завалиться в постель. Укрыться одеялом, а со всеми этими погаными троллоками и драгкарами пусть разбирается Ранд. Ему такие переделки не иначе как в радость – судя по дурацкому смеху.
Ранд поднимался вверх по склону каньона, его пламенный меч светил в темноте, словно факел. Откуда-то появилась Авиенда и, приподняв юбки выше коленей, поспешила к Ранду. Подбежав поближе, она опустила подол, обернула шаль вокруг головы и пристроилась рядом, подлаживаясь под его шаг. Ранд как будто не замечал ее, да и лицо девушки было бесстрастным, как камень. Кажется, эти двое стоили друг друга.
– Ранд! – окликнула юношу торопливо двигавшаяся тень голосом Морейн, почти таким же мелодичным, как у Кейлли, но несколько более прохладным.
Ранд повернулся на голос, и через несколько мгновений ожидания из мрака неспешно выступила Айз Седай – величественно, словно прохаживалась по дворцовым покоям.
– Ранд, опасность с каждым днем возрастает. В становище Имре троллоки, возможно, и не искали тебя, а просто напали на айильцев. Такое маловероятно, но все же возможно. Но уж драгкары сегодня точно были посланы за тобой.
– Я знаю, – отозвался Ранд еще более невозмутимо, чем обычно.
Морейн поджала губы и подбоченилась, руки ее слишком уж спокойно лежали на подоле; она явно была недовольна.
– Напрасно ты пытаешься следовать пророчествам буквально – это опасно. Разве ты не понял этого еще в Тире? Узор сплетается вокруг тебя, это верно, но когда ты пытаешься свивать его сам, то рискуешь не удержать нити. Затянешь слишком сильно – и возникнет напряжение. Из-за этого ткань Узора может лопнуть где угодно, а его нити – невообразимо расползтись. Трудно сказать, сколько потребуется времени, чтобы восстановить первоначальную картину – с тобой в центре, – и что может случиться, прежде чем она восстановится.
– Спасибо за разъяснение, – сухо ответил Ранд. – Оно такое же четкое и вразумительное, как и другие ваши речи. Чего вы от меня хотите? Час уже поздний, и я устал.
– Я хочу, чтобы ты доверял мне, Ранд. Неужели ты думаешь, что уже все узнал, что научился всему, чему нужно? Ведь всего год с небольшим прошел, как ты покинул свою деревню.
– Ну нет, всего я пока еще не узнал. – В голосе Ранда прозвучала нотка лукавства. – Ты хочешь, чтобы я доверял тебе, Морейн. Хорошо, попробую. Твои Три клятвы не позволят тебе солгать. Можешь ты прямо и недвусмысленно обещать, что не попытаешься остановить меня и не будешь использовать в интересах Башни, даже если рассказанное мною придется тебе не по вкусу? Отвечай, только прямо, без уверток.
– Я не сделаю ничего, что могло бы помешать тебе исполнить предначертанное. Этому я посвятила всю свою жизнь. Но обещать тебе спокойно смотреть, как ты суешь голову в петлю, я не стану.
– Этого недостаточно, Морейн. Для меня этого недостаточно. Но даже если бы я все же решил довериться тебе, то не стал бы делать это здесь и сейчас. Эта ночь имеет уши. – Повсюду сновали люди, но, по мнению Мэта, никто из них не находился настолько близко, чтобы услышать что-нибудь. – Даже сны можно подслушать или подсмотреть.
Авиенда закуталась в свою шаль, прикрыв лицо. Видать, холод порой даже айильцев пронимает.
Руарк выступил на свет. Черная вуаль свободно висела под его подбородком.
