«Что значит „пока не поздно“?» – подумала Найнив, но, выглянув наружу, поняла тревогу ловца воров. Не менее трех сотен матросов Байла Домона, в два ряда выстроившись полукругом у двери, сдерживали натиск обезумевшей толпы. Сам Домон, размахивая дубинкой, подбадривал своих людей, перекрывая гомон толпы, запрудившей широкую улицу. Бурлящая людская масса давила на полукольцо матросов вовсе не потому, что бунтовщики сознательно стремились его прорвать. До матросов им, по существу, не было дела. Люди вилами, палками и голыми руками отбивались от групп размахивавших мечами конных белоплащников, но в немыслимой давке доставалось всем подряд. Град камней барабанил по шлемам и панцирям Чад Света. Какой-то белоплащник оказался один в окружении толпы; его лошадь вдруг пронзительно заржала, встав на дыбы, и опрокинулась на спину. Очень быстро она встала на ноги, но уже без наездника. Среди человеческой массы виднелись и другие потерявшие всадников животные. И весь этот хаос устроен ради того, чтобы женщины могли выбраться из дворца? Найнив постаралась убедить себя в том, что все сделано ради благой цели, и вновь дотронулась до кошеля с драгоценными находками. Но там, снаружи, погибали люди.
– Женщины, сдвинетесь вы наконец с места? – крикнул Том. Бровь менестреля была рассечена и кровоточила – не иначе как камень угодил. Бурый плащ и вовсе превратился в лохмотья. – Ничего хорошего не будет, если сейчас еще и Панарший легион вмешается.
Илэйн вытолкнула в дверь изумленно ойкнувшую Аматеру и выскочила следом. Найнив и Эгинин двинулись за ней. Как только все четыре женщины оказались снаружи, матросы плотным кольцом сомкнулись вокруг них и принялись прокладывать себе дорогу сквозь толпу, подальше от дворца. В немыслимой давке, окруженная старавшимися защитить ее мужчинами, Найнив только и могла, что перебирать ногами. Эгинин споткнулась и чуть не упала, но Найнив успела поймать ее за руку и увидела на лице шончанки благодарную улыбку.
«Не такие уж мы и разные, – подумала Найнив. – Не одинаковые, конечно, но и не во всем разные». Ей не пришлось заставлять себя ободряюще улыбнуться в ответ.
Прилегающие к дворцу кварталы были запружены народом, но по мере удаления от него толпа редела, и наконец отряд Домона вырвался на узкие извилистые улочки, которые были почти пусты. Те, кто не участвовал в заварухе, оказались достаточно благоразумны, чтобы держаться подальше и не высовывать носа на улицу. Матросы несколько расширили кольцо и больше не стискивали женщин со всех сторон, но на всех встречных люди Домона поглядывали с угрозой. Улицы Танчико, даже внешне спокойные, оставались улицами Танчико. Найнив успела уже отвыкнуть от этого. Казалось, она провела во дворце целую вечность и забыла, что за город лежит за его стенами.
Когда позади окончательно стих шум схватки, хромающий Том исхитрился отвесить Аматере галантный поклон:
– Видеть панарха Танчико – большая честь для меня. Приказывайте – я к вашим услугам.
Аматера взглянула на него с удивлением, затем посмотрела на Илэйн и, слегка поморщившись, сказала:
– Вы обознались, добрый господин. Я всего лишь беглянка из провинции, которой помогли эти добрые женщины.
Том изумленно переглянулся с Домоном и Джуилином и открыл было рот, но Илэйн вмешалась:
– Может, сначала доберемся до гостиницы, Том? Здесь не место для разговоров.
Когда они явились во «Двор трех слив», Илэйн, к еще большему удивлению Тома, представила Рендре панарха как оставшуюся без гроша беженку по имени Тера, которая ищет место для ночлега и работу ради пропитания. Хозяйка гостиницы задумалась, пожала плечами, но приняла Теру под свою опеку и повела на кухню. По пути она щебетала о том, какие прелестные у Теры волосы и какой она будет милашкой, если наденет подходящее платье.
Ничего не понимавшая Найнив едва дождалась, когда за ушедшими женщинами закрылась дверь.
– Тера?! И она поверила! Илэйн, ведь Рендра отправит ее прислуживать посетителям!
Илэйн это предположение ничуть не смутило.
– Вполне вероятно. – Девушка со вздохом упала на стул и, сбросив туфли, принялась массировать ноги. – Было не так уж трудно убедить Аматеру в том, что ей лучше на несколько дней исчезнуть. Сейчас толпа кричит: «Убили панарха!» – а в следующий миг закричит: «Смерть панарху!» – разница не так уж велика. Думаю, посмотрев на толпу, Аматера убедилась в моей правоте. Кроме того, она не хочет прибегать к помощи Андрика, чтобы возвратить себе трон, а намерена сделать это своими силами и потому будет скрываться, пока не сумеет связаться с лорд-капитаном Панаршего легиона. Думаю, Андрика ждет неприятный сюрприз. Очень жаль, что он не может ответить ей тем же. Она того заслуживает.
Домон с Джуилином, обменявшись озадаченными взглядами, в недоумении покачали головами. Эгинин задумчиво кивнула – так, словно бы она поняла сказанное и отнеслась к этому с одобрением.
– Но почему? – поинтересовалась Найнив. – Возможно, тебя расстроило, что она решила потихоньку сбежать и действовать сама? И вообще, как ей удалось улизнуть? Вы же вдвоем за ней следили?
