– Если я хоть что-то понимаю в жанре, – задумчиво произнес Рэй, – девчонка из дому сбежит, помчится к возлюбленному, а чтобы не поймали – попрется через лес. Там с ней что-нибудь случится, и нам дадут задание вызволить дуреху. В конце Менестрель с кузнецом помирятся, и все трое будут жить долго и счастливо.
– Бла-бла-бла, – позевывая, ответила Хэйт, не любила она мелодрамы. – Может, ускорим процесс?
– Сами похитим дочурку? – предположила Маська.
– Именно! – воскликнула адептка.
Мася с сомнением глянула на приятельницу.
– Ушастая, ты на солнышке не перегрелась? Голова не кружится, пятки не чешутся? – видя, что на все вопросы Хэйт отрицательно качает головой, гнома рассвирепела. – Спрошу иначе: тебе магия все мозги выплавила?! Губить квест своими руками мы не станем!
– Не кричи, малая, на нас кузнец косится, – вклинился Рэй. И ведь как накаркал…
Кузнец решительно двинулся в их сторону. Поднял по пути корпус сломанной лютни (гриф уволокла его дочурка, прижимая к груди), передал Рэю. Наказал отнести «тому засранцу-певуну» и передать, чтоб не смел дышать даже в сторону Малики. Напарнички покивали, ретировались со всей поспешностью.
Покуда относили они лютню (то, что от нее осталось), выслушивали упреки Менестреля, расцвеченные метафорами и аллегориями (сводилась речь к тому, что все пропало, а они (пришлые) – бестолочи), Малика, кузнецова дочь, сгинула, точь-в-точь, как предсказывал Рэй. Известил их об этом подоспевший кузнец, параллельно рассказу сжимая в натруженных лапищах хрупкую шею Менестреля…
Выждав намного, дабы Менестрель всецело проникся серьезностью ситуации, убийца предложил свои и девушек услуги в поисках и высвобождении пропавшей.
– Ладно, – разрешил кузнец. – Ищите. А мы пока тут… погутарим. По-семейному.
Спохватились, что никто из троицы не в курсе, как и откуда начинать поиски, уже на полпути от постоялого двора.
– Теоретики фиговы, – беззлобно ругнула друзей гнома. – За мной!
Маськина «суть вещей» лучше всякой гончей довела компанию до лесной полянки и лаза в «звериное логово» под роскошным дубом (парочку вервольфов, лаз охранявших, пришибли, не поморщившись).
Сразу возле спуска их встретил живописный… труп. Мужской, лежащий лицом вниз. Его обошли по дуге, старательно отводя глаза: лута в нем быть не могло, валялся он явно антуража ради. Дерн под ногами быстро сменился каменными ступенями, старыми, отшлифованными временем и стопами ходивших по ним…
Ступени вывели в подземный зал, созданный природой, но обработанный людьми: пол почти ровный, чего нельзя сказать о потолке с гирляндой соляных сталактитов. А вот колонны-подпорки и светильники наверняка были привнесены человеком… или оборотнем в человечьем обличье.
Из-за колонны бесшумно выпрыгнул вервольф, ринулся на адептку. Маська встретила его ударом щита; запахло сырой шерстью и чем-то гнилостным… Второй оборотень исхитрился зайти им за спину, достать-таки когтями Хэйт (а может, он так удачно маскировался, что его не заметили ни Маська, ни убивец), с ним разобрался Рэй двумя отточенными до совершенства росчерками клинков.
– Волчата, – буркнул кинжальщик.
Девушки смолчали, прекрасно поняв, что хотел сказать Рэй: слабейшие монстры всегда попадают под первый удар, в то время, как матерые волки отсиживаются в глубине данжона…
В зале стоял дурно сколоченный старый стол с объедками, парой пивных кружек и железным кинжалом, грошовым изделием некого кузнеца (как знать, может, и отца похищенной Малики?…); кинжал, судя по наколотому на него куску сырого мяса, служил столовым прибором. Чуть дальше нашли несколько бочек и корзин с каким-то тряпьем, связку факелов, бочонок пива. И сундук, к которому тут же приник Рэй: скрежет отмычек и тихая ругань извещали о том, что убийцу лучше не трогать, пока он не разберется с находкой.
Когда же замок покорился и кинжальщик деловито обшарил недра сундука, выудив из него все ценное, наконец-то двинулись дальше. Проход из зала был только один, узкий и слабоосвещенный. В нем наткнулись на новые останки: на этот раз попался им отлично сохранившийся скелет. За коридором обнаружилась еще одна комната и троица вервольфов: эти нападали в открытую, потому не имели шансов на выживание…
Здесь было два боковых коридора, один вывел группу в некое подобие библиотеки. Книги, видимо, оборотни использовали для растопки жаровен, потому как ни одной неиспорченной, не тронутой пламенем в комнате не нашлось. Зато снова повезло Рэю: за одним из стеллажей скрывалась ниша, а в ней – маленькая шкатулка с замком. С открытием оной Рэй возиться не стал, забрал в таком виде.
Другой коридор почти нескончаемо петлял, уводя напарников все глубже и глубже, пока не уперся в двустворчатую металлическую дверь.
– Это явно ставили не оборотни, – тихонько высказала Мася. – Может, и заселили ничейное подземелье, но обустраивали не они.
За дверью колоритной кучкой лежали: бутыль медовухи, огарок свечи, обгоревшая книга и череп.
– Похоже, так нам хозяева намекают, что не рады видеть гостей, – ухмыльнулась Хэйт.
