— Не у тебя одной, — тихо признала Эми. — Не у тебя одной. Что же до замечания, то я не признавала тебя достойной чего либо, — уже привычно бросила Панацея. — Я лишь сказала, что сегодня ты чуть менее раздражающая и чуть более полезная, чем обычно. Будь у тебя побольше уверенности в себе и поменьше героизма головного мозга (заметь, я не прошу полностью от него отказаться, а лишь уменьшить до хоть сколько-то приемлемого уровня), и, возможно, подчеркиваю, только возможно, из тебя вышел бы толк.
— Что-то ты сегодня более хмурая, чем обычно, — угрюмо покосилась на неё Азура, после чего в глазах замаячил проблеск осознания. — Неужели это из-за меня?
— А ты как думаешь? — волком глянула на свою… ну, наверное, всё же подругу, пусть и с очень большой натяжкой, Эми. — Пусть кейпов лечить доверили всё же тебе, но банда из одних только трех отбросов не состояла, и вот уже их направили ко мне. Грязных, обгадившихся, воняющих так, что нос закладывает и глаза слезятся уже с трех метров, и являющихся живым пособием по тому, как не надо следить за своим организмом! Да на них даже смотреть было больно, не то, что касаться! — под конец всё же вспылила Эми. Она даже думать не хотела, что было нарушено в организме того желтокожего гоблина, зовущего себя Сочником, и точно не хотела его касаться. Даже десятиметровой палкой. Уже за то, что та взяла его на себя, можно было поблагодарить Азуру… Если бы она сама не организовала им всем бесплатный санаторий имени Панацеи. Герой, чтоб её. Как не лечит, так обязательно калечит!
— Если тебя это успокоит, то с Сочником была та же картина, только вот здоровой доли цинизма у меня еще нет, потому я едва не проблевалась, пока его лечила, — таким же усталым и злым тоном, как секунду назад говорила Эми, бросила Азура. Либо у этой новенькой совсем нет внутреннего стержня, либо эта больница, как, впрочем, может быть и весь город, прокляты. Две целительницы — и обе доведены до ручки. Еще немного, и виновникам станет очень больно. — Кстати, можешь дать пару советов относительной геройской деятельности?
— Привыкай, у меня такое каждый вторник, — хмыкнула целительница. — Что же до геройства, то все вопросы к Дину. Он хоть и рыцарь до мозга костей, но иногда всё же дельные советы дать или просто выслушать может, — посоветовала без задней мысли целительница. — Ну или хотя бы придержать неуемный энтузиазм моей сестры.
— Это ты так тонко намекаешь, чтобы я почаще мешала их свиданиям? Или, наоборот, меня сватаешь? — удивленно покосилась на неё Азура. — За что ты так с бедным парнем?
— Бедный? Это ты его назвала бедным? — пару раз кашлянула, скрывая за этим смех, Эми. Как только на её памяти Рыцаря не называли, но еще ни разу — бедным. — Не хочу тебя разочаровывать, но у него на счету денег едва ли не больше, чем у всего Союза Докеров было за всю их историю, так что он какой угодно, но точно не бедный. Что же до причины… Он пристает к Вики! — будто это всё объясняет, продолжила она.
— Ну, я бы сказала, что он её парень… — начала было Азура, но, заметив, как на неё волком посмотрела Панацея, предпочла резко сменить тему. — Впрочем, ладно, неважно. Кстати, Эми, я тут недавно немного поработала с твоей силой вне больницы…
— Мне уже страшно… — относительно благодушное настроение, вызванное тем, чего у неё давно уже не было — дружеским переругиванием — мгновенно пропало. Хоть сама она этого и не практиковала, но у неё банально было на пару порядков больше опыта, нежели у почти неделю назад начавшей активно использовать биокинез Азуры. Понимание собственной силы, неплохое воображение и куча примеров из жизни с другими Биотехнарями довершали нарисованную собственным мозгом картину, придавая ей красок и живости. — Пожалуйста, только не говори, что ты уже успела где-то напортачить, причем настолько, что требуется моя помощь!
— Не то, чтобы напортачить, но меня смутила пара моментов, сотворенных в порыве вдохновения, — честно призналась Азура, отчего волосы на голове Эми едва ли не буквально встали дыбом. Порывы вдохновения или, как некоторые называют, творческого угара в среде Технарей (и, как она подозревала, и Биотехнарей) не самая большая редкость. Однако некоторые из них в этом состоянии могут наворотить такого, что и в пьяном бреду не всегда привидится.
— Показывай, — безапелляционно потребовала Панацея. Ей только живой и разрастающейся раковой опухоли или самореплицирующихся бактерий бубонной чумы не хватало для полного счастья.
— Тогда пошли, — вздохнула, будто перед прыжком в бездну, Азура. Впрочем, если наихудшие предположения Эми верны, то эта-самая бездна и будет. Тогда проще потянуть время, пока её силы не «выветрятся», усыпить и сдать героям нового Биотехнаря. Хотя бы собственного спокойствия ради.
