— Напротив, как раз есть, — вкрадчиво проговорил Тианарен. — Он прекрасно понимает, что без сторонней поддержки ему с Алинором не справиться. Пока Ависен’эри занимаются наведением «порядка» изнутри, кинлорд планирует подавить столицу с помощью внешнего влияния.
Тамил крутил в руках серебряное ожерелье, которое вытащил из-под брони, и размышлял вслух:
— А он, помнится, провозглашал себя противоположностью импульсивному и бездарному политику Коридальфу, который постоянно провоцировал конфликты. Видимо, противоположность его в том, что одними конфликтами он не удовлетворится, ему нужна масштабная война.
— Противоположность в том, что он позволяет как Империи, так и Ависену вертеть собой, как куклой на палке!
— Но как бы то ни было, про войну Тамил абсолютно прав, — голос Тианарена становился всё тише и слабее. — Хотя я бы не удивился, узнав, что именно Империя её начала. Нашли в Лилландриле лазейку, которую давно искали… Покорить Алинор было бы величайшим достижением…
— Ну, это уж слишком! Не бывать такому! — пылко выкрикнул Арек, до сих пор молчавший молодой мер с темно-золотистым растрепанным гребнем ирокеза на бритой голове и неопрятной короткой бородкой. — Никто никогда не покорял Алинор!
— Со времён Тайбера Септима, — презрительно прошипела Феранви.
— Однако, Нумидиумы в Империи вроде как перевелись, — Тамил всё рассуждал, не поднимая глаз на собравшихся со своего ожерелья. — Поэтому кровопролитие затянется, пока обе стороны не будут иссушены полностью…
— Не представляю себе, чтобы правительство Алинора допустило хоть мысль о переговорах с Империей, — отрезал Арек. — Скорее поверю, что настанет всеобщая мобилизация, и тогда…
— Тогда… — лицо Тамила стало совсем загадочным. — Талмор будет собирать объединенную армию в Алиноре, и Орден Тринимака призовёт всё своё рыцарское воинство пополнить её состав… Покруче, чем тогда, с маормерским вторжением, будет… Все понимают, что это означает?
— Не тупее тебя, — вполголоса отозвалась Феранви.
Воодушевление в её глазах было столь же ожидаемым, сколь и пугающим. Наступила минутная тишина.
— В таком случае… — её прервал Тианарен. — Раз отчёт можно считать законченным, то разрешите доложить: я очень рад вас всех видеть, — целитель измученно улыбнулся, и остальные заулыбались в ответ. — Очень надеюсь, что списывать меня никто не собирается. Пусть в поле от меня теперь мало толку, но в отставку мне рановато.
— Никакой отставки! — Феранви рассекла рукой воздух. — Нам всегда нужен хороший лекарь на стационарном посту.
Тианарен удовлетворенно кивнул и добавил:
— Вот ещё что — Ланмилленар упоминала имперского генерала Онтуса Квантиуса. Это с ним у Солтрина договор о сотрудничестве.
— Этот?.. — прыснул Тамил.
Феранви закрыла лицо латной перчаткой. Айвин подскочила к заместителю командирши.
— Это же тот, который…
— «В сиянии величия твоего пресветлого всенепременно меркнет жалкий образ мой…»
— Тамил, зачем ты это помнишь?!
— Как такое забыть? У него словарь альдмериса был, наверное, времён Первой Эры…
— Ребята, перестаньте! — генеральша сама едва сдерживала смех. — Он теперь генерал!.. У меня определённо неудачная полоса в жизни…
Разрядка обстановки всем пошла на пользу. Даже Сериральда наконец подняла растрепанную голову и с интересом слушала обсуждение давнего неудавшегося ухажёра Феранви.
…
По-юношески стройный, молодой высокий эльф в серо-голубой мантии, шитой явно на заказ и идеально облегающей по фигуре, выделялся из толпы не только изящной походкой, но и гербовыми знаками отличия на своём одеянии.
Это был не кто иной, как Элистар, Боевой Маг Верховного Кинлорда Римана Карудила Первого, чаще называемого «королём Риманом Фестхолдским» на имперский манер. И пребывал боевой маг в очень плохом настроении. Ещё бы — не успел Риман вернуться из «карательной экспедиции» в Скайвотч, как немедленно отправился в очередной поход против пиратов, конечно же, не взяв Элистара с собой, и опять оставив его наедине со своей обожаемой данмерской королевой Моргией, а также всей сворой голодных псов, которые тут же сорвались с цепи, как это всегда происходит, стоит Риману покинуть Фестхолд. Хорошо хоть, Элистару не приходится защищать её от недовольных придворных, заговорщиков и мятежников — дочь знаменитой Барензии сама могла перегрызть глотку кому угодно. В силу сложившихся обстоятельств Элистар был даже рад, что у Гильдии Магов, его любимой вотчины и второго дома после дворца — наступило очередное обострение проблем с архимагом, его последователями и связями с непросвещенной общественностью. Последнее всегда доставляло больше всего неприятностей, но Элистар готов был ввязаться в любой конфликт — лишь бы подальше от дворца и подальше от Чёрной Королевы.
Яркая бронза заката обагрила идеально гладкие стены высоких домов, заострённые купола крыш и королевские парки. Огненные блики на реке Дисето окрасили воду в цвет лавы, и Элистар невольно залюбовался этим живописным и зловещим зрелищем.
Трое отделились от шумной компании горожан, отдыхающих между цветущими колоннами Колларта, и миновали ряды симметричных алых деревьев.
