— Заправиться можно на любой АЗС, мотор работает на обычном автомобильном бензине, — доложил Бартини. — Сейчас обсуждается возможность серийного производства. Есть проблемы с двигателем, имеющиеся мотоциклетные недобирают по мощности, для образца мотор форсировали, но это снижает ресурс.
— Ивченко подключим, у него есть опыт разработки авиационных поршневых двигателей, — решил Хрущёв. — Подготовьте ТЗ и проект постановления. Такой мотор может и мотоспортсменам пригодиться, будем сразу делать изделие двойного назначения.
— Вот ещё одна разработка, — Бартини подвёл Никиту Сергеевича к двухместному ультралёгкому вертолёту, как ему показалось, но оснащённому толкающим воздушным винтом.
— Ещё вертолёт? Этот, я смотрю, уже двухместный?
— Это не вертолёт, а автожир, их ещё называют гироплан, — пояснил Бартини. — У него ротор работает как дисковое крыло, и раскручивается от набегающего потока воздуха. Хотя для вертикального взлёта можно раскрутить ротор и двигателем, а затем перебросить мощность на толкающий винт.
(Аналог http://www.gyroplane.ru/AM1.htm Автожиры у нас строились ещё до войны, нечто подобное Н.И. Камов разрабатывал ещё в 1943 году http://www.aviastar.org/helicopters_rus/kamov_ak-r.html)
— Сильная штука, — одобрил Хрущёв. — Можно сказать — летающий мотоцикл. В серию будете запускать? Считаю, что надо, ему и на государственной службе применение найдётся, и в личное пользование гражданам продавать будем.
— Тут конструкция несколько сложнее, чем у предыдущих образцов, но серийное производство готовим, — ответил Бартини. — Как вы и сказали, ставку делаем на малые госпредприятия и кооперативы. Тут уже используется автомобильный двигатель, соответственно, и цена повыше будет.
— Чтобы сформировать начальный интерес у населения, такие вертолёты или как их там, автожиры, надо для начала в аэроклубы ДОССАФ передавать, чтобы человек мог для начала оценить их, покататься, а уж потом копить деньги и учиться пилотировать, — предложил Никита Сергеевич. — Тут техника посложнее, нужно формировать сразу целостную систему обучения народа, пропагандирования всей этой сверхлёгкой летающей техники, её содержания и техобслуживания, поставки запчастей, в общем — организацию потребительской ниши для этих аппаратов, так, что ли? Дело для нас новое и непростое, конечно, тут надо будет партнёров по ВЭС подключать. Ух ты, а это что такое?
— Вот это, Никита Сергеич, как раз и есть летающий мотоцикл, — усмехнулся Бартини.
«Летающий мотоцикл» представлял из себя нечто, напоминающее среднюю часть мотоцикла, но вместо колёс у него были вращающиеся в горизонтальной плоскости воздушные винты, заключённые в кольцевые кожухи. Пилот оседлал машину, завёл мотор, аппарат медленно приподнялся и заскользил над землёй, едва не касаясь её опорными полозьями.
(примерный аналог http://shockauto.ru/letayushhij-motocikl-hoverbike/ полёты https://www.youtube.com/watch?v=3iC9OWyYDDA)
Хрущёв зачарованно смотрел, как необычайная машина, слегка покачиваясь, плывёт над землёй, взметая пыль.
— Здорово! А повыше она не может? Пыли уж очень много.
— Высоту полёта и скорость специально ограничили для безопасности, — ответил Бартини. — Даже если мотор откажет, с высоты в полметра разбиться труднее. Хотя, если скорость приличная, тоже можно.
— А мотор какой? — спросил Никита Сергеевич. — От мотоцикла, судя по звуку?
— Мотоциклетный, — подтвердил Бартини. — Крутит оба ротора через цепную передачу и простой конический редуктор.
— И это тоже студенты придумали?
— Да, и это и вообще всё, что здесь представлено. Хотя, конечно, определённые идеи и информацию я им подбрасывал, через рассылки из ВИМИ, — признался Роберт Людвигович.
— Здорово! Очень впечатляет, — Первый секретарь был доволен и лучился гордостью за достижения советской молодёжи. — Но вот что я подумал — все эти штуки, они только для хорошей погоды, как мотоциклы. А если дождь, снег? Хотелось бы иметь какое-то транспортное средство, как автомобиль, только летающий, для любой погоды.
— Ну, в сильный дождь или метель на автомобиле тоже опасно ездить, — заметил Бартини. — Но есть у нас и такая разработка.
Он жестом пригласил Хрущёва зайти за стоящий в конце экспозиции транспортный контейнер. Никита Сергеевич обошёл вокруг железного ящика … и обалдел.
Перед ним низко на земле стояла двухместная обтекаемая кабинка, казалось, полностью состоящая из окон, только сзади, за спинкой сидений, была непрозрачная панель. Сиденья располагались рядом. От нижней платформы отходили четыре балки, на концах которых, в кольцевых кожухах располагались соосные воздушные винты.
— Это что…? Этот… как его… квадрокопытер? — с трудом выговорил непривычное иностранное слово Первый секретарь.
Бартини наслаждался произведённым эффектом:
— Можно и так сказать… Главное — не как он называется, а как он летает.
