— Учитывая, чем занимались там ваши офицеры, не думаю, что новое греческое правительство признает за собой какую-либо вину, — пожал плечами Айк. — О’кей, мистер Гертер, подготовьте ноту премьеру Папандреу. Хотя нам сложно будет настаивать на наказании виновных, учитывая, что мы сами же это и начали.
— Сэр, есть ещё одна проблема, — заметил Даллес. — К мероприятиям была привлечена наша секретная диверсионная сеть на территории Греции. Крайне желательно сохранить её существование в тайне.
— Что-о?! Какая ещё сеть?
— «Греческие диверсионные группы», сэр. У нас в каждой из стран НАТО имеются небольшие, хорошо обученные секретные подразделения, на случай советской оккупации или левого переворота, — пояснил Даллес. — Естественно, что мы привлекли их к действиям.
— То есть, чёрт подери, мы не просто финансировали и инспирировали этот переворот?! Мы ещё и непосредственно участвовали во всех этих преступлениях, подобных преступлениям нацистов, о которых уже неделю визжит вся мировая пресса?!
— Не мы сами, сэр, технически это были греки…
— Но нами обученные, снаряженные и финансируемые?
— Да, сэр…
— Fuck… Мистер Даллес, вас в детстве, случаем, не роняли? Или вы родились идиотом? — прошипел президент. — Вы предлагает надавить на греческое правительство из-за нескольких десятков шпионов, сгоревших в пожаре, тогда как эти шпионы организовали пытки и казни сотен, если не тысяч, местных граждан?
— Да ещё при этом может выплыть очень неприятная история с секретными диверсионными подразделениями НАТО, сэр, — добавил Твайнинг. — Учитывая, что такие подразделения у нас есть во всех странах НАТО, лучше бы не поднимать этот вопрос вовсе. Скандал может получиться эпический…
— Господа, вы хоть раз можете сделать что-нибудь, не встав с разбегу обеими ногами в дерьмо? — саркастически спросил Айк. — Мистер Гертер, о каких-либо нотах не может быть и речи. Из-за самодеятельности наших шпионов мы вынуждены промолчать. Всё, джентльмены. Если выяснится что-нибудь ещё — держите меня в курсе. Все свободны.
— Итак, мистер Даллес, вы предприняли две попытки сорвать Парижскую встречу, и оба раза облажались, — холодно констатировал Уильям Мартин.
— К сожалению, господа, в разведке такое случается, — сокрушённо развёл руками Даллес. — В этот раз обстоятельства повернулись против нас.
— Да они поворачиваются против вас, дай бог памяти, с апреля 1955 года, — ехидно припомнил Никсон. — Как раз тогда ваши китайские агенты обосрались со взрывом самолёта Чжоу Эньлая. (АИ частично, см. гл. 01–30) И после этого всё и началось. Провал за провалом.
— Вы несправедливы, сэр, — укоризненно ответил Даллес. — Чжоу мы всё-таки убрали.
— Угу, — саркастически произнёс Джозеф Кеннеди. — И при этом потеряли Бирму.
— В этот раз план был продуман до мелочей, всё почти получилось, — ответил Даллес. — Несмотря на недисциплинированность греков, власть уже фактически была в руках генералов. Вот, — он передал Никсону несколько листов бумаги. — Рапорт нашего резидента в Афинах, Кэмпбелла. Они уже держали Грецию за горло, арестовали несколько тысяч левых…
— …и ни одного коммуниста, — заметил Никсон, читая отчёт. — Немудрено, что всё пошло прахом. Кто мог их предупредить?
— Коминтерн, — предположил Рокфеллер.
— Скорее всего, — согласился Даллес.
— А что делали ваши секретные диверсанты, как их там… «Гладио»? — ехидно спросил голос из самого тёмного угла комнаты. — Вы, кажется, готовили их как раз для борьбы с Коминтерном?
— Они-то, как раз, проявили себя очень активно и дисциплинированно, — возразил Даллес. — Но в Греции ещё осталось много коммунистов и их скрытых сторонников. Турки со своим геноцидом греков, надо признать, очень сильно нам подгадили.
— Да уж, мы веками держали русского медведя в черноморской луже, а из-за турецких и греческих козопасов красные сейчас оттяпали проливы, и теперь хрен мы их оттуда выгоним… О чём, чёрт подери, думал Айк?
— О Йеллоустоуне, чёрт подери! — ответил Никсон. — Вам-то, сэр Виктор, может быть, и плевать, но это действительно большая петарда в заднице Америки. Хрущёв невероятно ловко разыграл политическую комбинацию, по сути — обменял информацию о Йеллоустоуне на доступ в проливы. Конечно, если бы их по-прежнему контролировали турки, этого бы не случилось. Но когда греки заняли Константинополь, всё встало с ног на голову.
— А потом этот чёртов идиот, возомнивший себя новым византийским императором, фактически подарил проливы красным! — прошипел Даллес. — Конечно, мы с ним расквитались за это предательство, но что толку? Выбить их из проливов теперь будет очень непросто…
— Король Павел понимал, что сам он захваченную у турок территорию не удержит, и пригласил туда русских, — пожал плечами Кеннеди. — Ловкий ход, что и говорить. Мысленно я ему аплодировал.
— Только не просите его исполнить «на бис», — донесся ехидный смешок из угла.
Все засмеялись, но смех вышел невесёлым.
— Господа, смех смехом, но надо что-то делать, — заметил Рокфеллер. — Иначе наши корпорации могут потерять военные заказы. Как нам сорвать эти чёртовы переговоры?
