Все чувства резко пропали, что-то обрубило связь с внешним миром и не давало покинуть место обитания духов. Артиос пытался ещё раз и ещё раз, но энергия лишь обтекала его ядро. Магическое зрение было сконцентрировано на поиске проблемы и вскоре тщательное изучение ментального тела дало свои плоды.
Артиоса пробил холодный пот. Одна из рун проклятия стихий засветилась и начала мешать использовать магию.
— Ты никуда не уйдёшь, — всё также спокойно произнесла хранительница леса.
— Это ещё почему? — возмутился Артиос, пытаясь сопротивляться воздействию сломанной, но всё равно могучей руны.
— Ты прокажённый, ты урод, позор всего живого, а твоё ядро…
— А-а-а, понятно, ты подчиняешься стихиям, — Артиос уже слышал эти слова в храме города-форта, в Стеносе.
— Подчиняюсь? Нет, я их уважаю, ведь мать земля лежит в основе магии природы и жизни. Тем более твоё существование является плевком на все законы.
После хранительница леса сделала взмах и корни всех деревьев рванули к человеку. Всё в мире духов состояло из магии, поэтому Артиос не мог призвать материального оружия. Лишь сила воли, уровень манипуляции энергией и душевное состояние мага имело роль в месте обитания духов.
Артиос рефлекторно создал купол вокруг себя, состоящий из шестиугольников. Барьер часто выручал его при ментальных атаках в темнице Марисс. Корни опутали купол, оказывая сильно давление на защиту.
— Ты и тебе подобные, результаты тёмный обрядов, обречены быть изгоями, — хранительница леса усилила натиск. — Никто и никогда не станет твоим покровителем, ни один из последователей четырёх стихий, ни один из членов Совета.
— Уже стал, — ухмыльнулся Артиос, чем вызвал первую эмоцию на лице женщины-совы: удивление мелькнуло в оранжевых глазах ночного хищника.
Артиос не стал ждать чуда и дал свободу щупальцам внутри тёмного сосуда. Чёрные жгуты энергии начали обвивать энергетические каналы, подобно мышцам. Тут же начал крепчать ментальный барьер, ведь воздействие активированной печати стихии земли уменьшилось.
Но щупальца тьмы не остановились на обороне своего носителя. Они рванули к кругу, состоящему из четырёх печатей и начали впиваться в горящую руну подобно пиявками. Смертельное проклятье стало бесконечным источником энергии, пусть и поглощение было весьма болезненным.
— Что ты делаешь?! — вторая эмоция покрыла лицо хранительницы леса, яростная и уродливая гримаса превратила женщину-сову в монстра.
Хранительница леса была в ярости, ведь обычный человек каким-то чудом умудрялся сопротивляться её силе.
— Жалкое зрелище, — оскалился Артиос.
— Как ты смеешь… — прошипела сквозь зубы женщина-сова. — Я равна богам.
— В твоих жалких мечтах, — Артиос специально провоцировал хранительницу леса, ведь из-за неконтролируемых эмоций её чары становились слабее. — Ты слабая и немощная, любой наставник из школ Лантинаэля сильнее тебя.
Артиос выводил своего врага из себя, но в то же время говорил правду. Сила хранительницы леса была велика, но лишь по сравнению с ним, серебряным адептом. Любой мастер специализирующийся на мире духов смог бы легко дать отпор этой хранительнице леса.
Но Артиос ещё не обладал нужными знаниями, всё что он мог в данный момент — поддерживать свой барьер, единственный трюк из его арсенала. Благо щупальца из тёмного сосуда высасывают достаточно энергии из печати. Если бы не этот вечно голодный подарок, то у Артиоса кончились бы силы в первые две минуты противостояния.
— И это всё? — Артиос вновь попытался разозлить своего врага. — Ничего больше не можешь?
— Ты мусор… — жёстко произнесла хранительница леса, после чего стала сильнее.
— ОТБРОС! — прогремела сама земля, из которой начали вырастать горы. — ДЕФЕКТНЫЙ!
Землетрясения раскалывали землю, вулканы начали извергаться, а в верхушках деревьев зашумели ураганы. Разрушительная мощь стихий обрушилась на противника хранительницы леса.
Артиос узнал голос первого существа, которое застало рождение звёзд, если верить рассказам храмовников. Руна стихии земли загорелась ещё ярче, энергии стало настолько много, что щупальца просто не смогли выдержать такого обилия пищи. Тёмные жгуты были отброшены от магического орнамента, а рунное свечение начало растворять ментальное тело Артиоса.
Мир духов погрузился в хаос, даже хранительница леса перешла в глухую оборону, опасаясь за свою жизнь. Ярость стихии земли была беспощадна и к врагам, и к союзникам. Огромный импульс энергии, казалось, раздробил даже тектонические плиты. Разлом мчался прямо к замершему человеку, изменяя ландшафт до неузнаваемости.
