Артиос догадывался о причинах, но не подал виду, собрал вещи и покинул комнату. Процесс излечения был завершён практические на девяносто процентов, оставалось лишь одно пятно. Только вот опухоль была большой и находилась в центре ментального тела, в опасной близости от ядра.
Дрянь уже успела прорасти внутрь и теперь расширялась. Удаление её могло грозить парализацией жизненно важных органов, в первую очередь сердца. Артиос уже лишился руки, часть левой ноги не функционировала, почка отказала, часть внутренних органов тоже функционировали через одно место, плюс парализация части лица, даже пережёвывать пищу теперь удавалось с трудом.
Нейросеть пыталась хоть как-то нейтрализовать повреждения, вызванные разрушением ментального тела, но магические раны нельзя было излечить с помощью технологий человечества из прошлого мира.
Делфия продолжает искать решение проблемы, более безопасный способ излечения, но вряд ли такое возможно. Однако девушка не опускала руки и всеми силами старалась помочь.
Артиос не знал почему она ради него так старается. Хотя, с другой стороны, он ещё не знал зачем храм Аенора занимается благотворительностью. Может Делфия, как и её отец, реально верила в то, что помощи заслуживает каждый?
— Добрый день, наставник Бертранд, — Артиос и не заметил, как дошёл до главного зала храма, где его уже ждал паладин.
— Здравствуй, — ответил воин света.
Бертранд быстро окинул взглядом своего ученика, вид которого был сильно уставшим и помятым. Паладин знал об экспериментальных попытках лечения, но никогда не затрагивал эту тему.
Вместе с несколькими помощниками меньше, чем за пол часа удалось загрузить телегу провиантом. Артиос вместе с Бертрандом объезжали трущобы, останавливаясь в одних и тех же местах. Заброшенные здания, которые раньше, наверное, были тавернами жили сироты под присмотром неравнодушных людей.
Детишки уже хорошо знали бородатого паладина и всегда с радостью бежали к повозке. После разгрузки провианта Бертранд ещё оставался и выслушивал истории детишек. Старый и добрый маг уровня магистра, способный сокрушать орды демонов, просто сидел и добродушно смеялся, будто был их родным родственником.
Многие осуждали Бертранда за такое поведение. Мол, ты же столь сильный маг, убив старшего демона ты спасёшь тысячи, зачем ты тратишь своё время на них? Но старшего демона может убить и хорошо скоординированный отряд паладинов. А вот дать растущим в одиночестве детям тепло, заботу и совет, стать для них примером, на который стоит равняться, мог далеко не каждый паладин.
Бертранд был сильным магом и делал то, о чём забыли все остальные. Артиос же ездил вместе с ним и помогал чем мог, однако искренне во всё это не верил. От одного посещения ничего в корне не измениться, а Бетранд не может быть в нескольких местах одновременно.
— Я прекрасно понимаю, что не могу спасти всех, — как-то ответил Бертранд на вопрос Артиоса. — Но вполне возможно, что, когда кто-то из них окажется на распутье, мои поступки сыграют свою роль. Они вспомнят мои слова и примут правильное решение.
Артиос не брал судиться прав Бертрнад или нет. Старик сам волен решать, как ему жить, если считает свой путь правильным — пусть идёт. Да и в последнее время на всю эту суету становилось наплевать: когда знаешь дату своей смерти, жизнь теряет краски. Кто-то в последние годы жизни начинает жить на полную катушку, а Артиос уже просто устал. Апатия подобно лавине погребла все желания и мотивацию, уже ничего не имеет значения.
Лошадь методично тащила за собой повозку, проезжая мимо однотипных полу гнилых и грязных зданий. Неожиданно по одной из улицей пробежал отряд эльфийской стражи в своих дорогих доспехах.
— Что они тут делают? Они же никогда не выходят из верхних кварталов? — удивился происходящему Артиос.
— Дрянь, — Бертрнад щёлкнул поводьями, ускоряя движение лошади. — Это чистка.
Артиос уже слышал про рейды эльфов вглубь располагавшихся около внешней стены трущоб, но чистки происходили в других районах. Эльфийская стража входила в неблагополучные районы, отлавливая нелегалов и людей без определённого места жительства. Иногда под раздачу попадали мелкие группировки, но обычно их игнорировали.
Защитой правопорядка должна была заниматься стража района, но их обычно подкупали. Самим же эльфам плевать на уровень преступности и качество жизни у неправильных рас. Лишь изредка стража из верхних районов проводила чистки, после чего захваченные маргиналы отправлялись в рабство.
Остальные неэльфы не особо возмущались происходящему, ведь жить рядом с подобной прослойкой общества было не только неприятно, но и небезопасно. Если отбросы объединялись и пытались бунтовать, то их могли и убить на месте. Через день никто уже и не вспомнит про смерти всяких наркоманов, бандитов, бомжей или сирот. Но обычно эльфы не убивали, а брали в плен, после чего поднявшие руку на остроухих отбросы отправлялись под нож химерологов в различные школы или на другие изучения.
