— П-п-повторика, еще р-р-раз… — От сюреализма картины я даже забыл про вежливость и обратился к Атракесу на «ты».
— Это моя восьмая дочь — Эйлис. — Сказала эта жирная свинья, по ошибке людей называная Атракесом Белроем, рукой показывая на девушку не раз делившую со мной постель и сверток, лежащий на ее руках. — И твой сын, рожденный пару месяцев назад.
«Бл*ть»
<p>Глава 23</p><p>Восстание Сумеречного дола. Часть 1. Неизвестность</p>278 год от З. Э
Одна из многочисленных комнат в доме
Атракеса
Белроя
, Черные стены,
Волантис
— Так, я повторю все заново и если ошибусь, ты меня поправишь. — Эти слова я произнес, не сводя глаз с лежащего у меня на руках малыша. Золотые волосики, пухленькие щечки и самое удивительное — красные, словно самые дорогие рубины, глазки. По словам Атракеса такие глаза получались при смешивании чистой валирийской крови и любой другой. В Библиотеке Цитадели такое упоминалось, так что я не видел смысла ему не верить. Этот ребенок мой — на это указывало небольшое родимое пятно под лопаткой, которое также было у отца, Эйриса и меня, и сроки. Его зачали почти год назад, когда я пробыл в Волантисе целый месяц и часто посещал дом подушек.
— Хорошо. — Ответила девушка, вместе со своим отцом, выбившая землю из-под моих ног.
— Тебя притвориться куртизанкой и переспать со мной попросил Атраксес? — Медленно спросил я, смотря на любое мимическое движение лица той, о которой я, как оказалось, не знал ничего.
— Верно. — Как само разумеющееся сказала Эйлис, изящно поправляя рукой выпавший из прически локон. Как же она в этот момент была красива… Сияющие и завораживающие, как самые чистые алeкcaндpиты, глаза так прекрасно сочетались с белой, почти по квартийски молочной кожей, и серебряными волосами, тихими ручьями стекающими по плечам. Ни одной родинки, ни одной морщинки, ни одного следа после недавних родов — она все также оставалась тем воздушным и неземным созданием, с которым я по счастливой случайности делил ночи.
«Так, хватит распускать нюни». — Подумал я, мысленно давая себе оплеуху и возвращая мысли в нужное русло. — «Ты взрослый и опытный мужик, а эта красавица обвела тебя вокруг пальца».
— Я, так полагаю, был не первым, с кем тебе сказали разделить постель. — Максимально нейтрально заметил я, стараясь смотреть куда угодно, но не на девушку. Нужно было вывести ее из себя, чтобы узнать как можно больше правды. А то предыдущие полчаса она отвечала мне односложными и заранее заготовленными фразами, за милю пахнущими враньём и не дающие понять ее истинные чувства.
— Нет. Ты у меня был первым. — И у меня получилась — на идеальном лбу появилась маленькая морщинка, а в глазах на мгновение сверкнула искра гнева.
— А всем умениям в постели ты научилась, смотря со стороны. — Саркастически продолжил я, смотря как Эйлис недовольно прикусила губу и сжала ладони в кулачки. Ни одной женщине не понравиться, если отец ее ребенка будет намекать что она шлюха.
— Ты… Ты… Ты-ы… Фу-у-ух-х-х… – Когда она уже готовилась разразиться отборнейшей бранью в мою сторону что-то ее остановило. Глубоко вздохнув и успокоив дыхание, Эйлис села на противоположный диван и уставилась на меня своим пронзительным пурпурным взглядом. — Зачем ты это делаешь?
— Что именно? — Делая непонимающий вид, спросил я.
— Пытаешься вывести меня из себя. — Мои дальнейшие оправдания были прерваны поднятой вверх ладонью. — Феликс, не надо строить из себя идиота. Я уже достаточно хорошо тебя изучила и знаю, что просто так ты бы не опустился до таких вульгарных намеков. Что ты хочешь от меня услышать?
— Правду. — Мгновенно ответил я, кладя заснувшего малыша в стоящую недалеко кроватку. — Мне нужна правда, зачем ты все это сделала, а не те заготовленные ответы, которыми ты с твоим отцом кормили меня сегодня и вчера.
— Хорошо. — Сказала девушка, которую я уже до чертиков достал своими вопросами и они, видать, решила поговорить начистоту. — Я отвечу на все твои вопросы. А взамен ты выслушаешь несколько моих требований.
