– Эй! – говорит Элла, кладя руку Джейн на плечо. Мы обе ощущаем резкий запах перегара в ее дыхании. – Что случилось?
Джейн смотрит в пол.
– Все в порядке, – говорит она, кивая. Ее волосы потускнели и обвисли.
– Ничего ты не в порядке, – шепчет Сильви. – Расскажи, что случилось.
Джейн бросает на нее сердитый взгляд.
– Сильви, прошу тебя.
– Ты продолжаешь защищать его? Зачем?
– Ты неважно выглядишь, – говорит Элла.
– Я же сказала, что все в порядке.
Элла придвигает барный стул и садится так, чтобы касаться Джейн коленями.
– Похоже, тебе не мешает выпить.
Джейн отодвигается от нее, изгибаясь и кладя руки на стойку.
– Тогда уж виски, – соглашается она.
– Два, – добавляет Сильви.
Я иду к Шону – в последнее время мы отдалились друг от друга – и обращаю внимание на то, что он избегает моего взгляда.
– Ей нужна порция виски, – говорю я и жду.
– Вот, бери бутылку, – говорит он, перегибаясь через стойку, намереваясь поцеловать меня.
«Чертов ублюдок, любитель поглазеть со стороны», – говорит Раннер.
Я подставляю щеку. Я не могу принять его ласки. У меня есть ужасное и взвешенное осознание того, что на самом деле я ему не нужна, что я ему безразлична. Совсем.
Когда я возвращаюсь, Джейн уже тычется коленями в колени Эллы и держит в дрожащих руках маленькую миску с водой. Сильви берет ватный шарик, окунает его в воду и промакивает макушку подруги – вата сразу же становится розовой от крови.
– У нас вышла ссора, – говорит Джейн. – Навид узнал, что это я познакомила Аннабелу с Виктором.
– С Виктором? – хором спрашиваем мы с Эллой.
– С русским, – раздраженно отвечает она. – Мы с ним встречались.
Сильви высушивает рану сухим тампоном, надолго прижимая его к макушке.
– Это единственное место, где синяки не видны, – говорит она, качая головой. – Очевидно, что клиенты не захотят платить за то, чтобы взглянуть на избитую стриптизершу. Это испортит их фантазии.
От ее слов у меня по спине бегут мурашки.
– Все в порядке, Сильви! – рявкает Джейн, отталкивая руку подруги.
– Может, сходишь в больницу? – предлагаю я.
– Нет, – говорит она и тянется за сигаретой. – Я должна ждать здесь. Навид хочет, чтобы другие девочки увидели меня такой. Я буду для них назиданием.
– Полный трындец, – говорит Элла.
– Ты только сейчас поняла?
Раннер неожиданно выбирается на Свет и в приоткрытую дверь соседнего с баром помещения видит Навида.
– Паршивый ублюдок! – кричит она. – Что он о себе возомнил?
У Джейн расширяются глаза, у нее в горле клокочет истерика и вырывается в виде смешка, который она заглушает ладонью.
– Ш-ш-ш, – шепчет она, хватая меня за руку, – он услышит тебя.
Я заталкиваю Раннер внутрь Тела и требую, чтобы она сидела тихо.
«Что? – хмыкает она, показывая мне средний палец. – Он точно паршивый ублюдок!»
Элла смотрит в приоткрытую дверь.
– Джейн, тебе надо уйти. Бежать отсюда. От него. – Она говорит тихо, пытаясь справиться с внезапным приступом паники.
– Я твержу ей это уже несколько лет, – говорит Сильви.
– Уйти? Вы в своем уме? Взгляните, что случилось с братом Аннабелы после ее ухода. – Джейн презрительно фыркает. – А вы знаете, что она вернулась на следующий день после того, как его сбили? Она дико боится, что что-то такое может случиться с ней и Эми, поэтому пришла к Навиду и стала умолять его взять ее обратно.
– Ты серьезно?
– Сама у нее спроси.
– Джейн, нам надо уйти. Всем нам. У нас нет выбора, – говорит Элла.
Джейн вздыхает, залпом выпивает виски. Она явно озлоблена.
– А что, если мы пойдем в полицию? – шепчет Элла.
– И что? Думаешь, они помогут? Мы не можем доверять полиции. Многие у него на зарплате. Какой им интерес помогать таким шлюхам, как мы?
– Говори за себя, – возмущается Элла, сдерживая нарастающий страх.
Джейн слезает с высокого стула, закрывает глаза и наклоняется вперед.
– Думаешь, ты другая? Особенная? – Она утыкает указательный палец Элле в грудь, двигает его наверх и хватает золотой ключик. – Видишь это?
– И что? – спрашивает Элла.
– Его могут отобрать в любой момент. Не будь такой самоуверенной и самоуспокоенной. Ты видела, что он сделал с Аннабелой.
Теперь я понимаю, что через этот ключик Навид контролирует девушек «Электры», это своего рода клеймо. Шаг в сторону – и тебя выкинут. Или, что еще хуже, машиной собьют твоего брата. Я наблюдаю за Эллой: она судорожно сглатывает. У нее такой же ключик, как у Джейн, статус главной суки в стае пугает ее и вгоняет в тоску.
– Я просто хотела сказать, что могу уйти в любой момент, – тихо говорит она.
Джейн выпускает ключик и опять тычет пальцем Эллу в грудь.
– Ты в этом уверена? А как насчет твоей младшей сестренки?
Элла мрачно смотрит на нее.
– А знаешь, как я про нее узнала? – спрашивает Джейн. – Навид рассказал. Он видел ее фото в твоем телефоне. Она такая очаровашка в розовом платьице в горошек.
– В моем телефоне? Какого черта он рылся в моем телефоне?
– Он имеет доступ ко всему, к чему захочет, – заявляет Джейн и с наглой улыбкой обращается ко мне: – Спроси у Шона.
– Ей же всего тринадцать! – восклицает Элла.
Я неожиданно вспоминаю слова Дэниела: «Навид знает, что у Эллы есть младшая сестра?»
Я холодею.
