Сам я оказался за границей, только когда мне исполнилось семнадцать. До этого я вместе с родителями ездил по туристическому пакету, где все развлечения находились на территории клубного отеля. Сейчас я понимаю, насколько наивны мы с родителями были, твердо веря, будто вечерние фуршеты и выступления шансонеток и фокусников – это самые интересные мероприятия.
В течение дня отца можно было найти в клубе, где он вместе с другими мужчинами пил, разговаривал или играл в дартс. Если я приходил ближе ко времени чая, он уже напивался до такого состояния, что у него краснели щеки, а речь становилась бессвязной.
«Вот он, – говорил он, с силой ударяя меня в плечо, – мой мальчик-девочка, который так любит распускать нюни. Что, пришел срубить еще деньгу?»
Он швырял мне десятку, пока другие мужчины от души хохотали, поддерживая его в этой жестокости. Я презирал отца, когда он был пьян. Однако я часто думал, что оскорбления можно вытерпеть, если это дает возможность сбежать от него на какое-то время и потратить его деньги на развлечения или на сладости. Я тогда ошибался, говоря себе:
«Я никогда не стану таким, как он».
* * *
Вынырнув из воспоминаний, я вдруг вспоминаю о звонке Ветерана. Меня опять охватывают угрызения совести из-за того, что я не поговорил с ним. Я быстро принимаю решение позвонить ему, когда я немного отдохну, и уделить ему максимум своего внимания.
Я беру телефон и набираю Сюзанну.
«Привет, это Сюзанна. Сейчас я не могу говорить, поэтому оставьте сообщение, и я перезвоню вам».
– Привет, это я. Зарегистрировались на рейс. Мы с Моникой летим за границу. Я позвоню тебе, когда мы доберемся до гостиницы. Люблю тебя.
Щелк.
Подняв голову, я вижу, что ко мне идет Моника. Вымотанная, но явно довольная, она падает на стул рядом со мной и ставит на пол пакеты с покупками. Неожиданно ее улыбка, легкость ее присутствия приносят мне облегчение.
– Пошли, – говорит она, как возбужденный ребенок.
Глава 48. Алекса Ву
– Уже второй раз за этот месяц.
– Извини, я отработаю на следующей неделе, – от нашего имени говорит Онир. Она держит телефон перед лицом, на подбородке у нее вскочил новый прыщ.
– Ты была у врача? – раздраженно спрашивает Джек, пытаясь скрыть свое возмущение.
– Да, – лжет она.
– И?
– Тонзиллит, – говорит она.
Молчание.
– Послушай, если так будет продолжаться, ты не оставишь мне выбора. Мне придется искать другого ассистента. Такого, на которого можно положиться, который готов работать. У тебя огромный талант, но я не могу постоянно быть в подвешенном состоянии. Это ставит под угрозу все сроки. Еще одна такая выходка, и ты вылетишь, Алекса.
Щелк.
Онир передает Тело, на мгновение между нами мелькает Свет. Необходимость лгать от моего имени очень ее раздосадовала.
«Уж лучше бы ты собрала свое дерьмо в кучку», – возмущенно говорит Раннер.
«Иначе ты потеряешь работу», – добавляет Онир.
«А нам плевать, – хмыкают Паскуды. – Правда, Алекса?»
«Нет, мне не плевать», – защищается Долли.
Во мне поднимается паника. Я иду на кухню и лезу в холодильник. Мои пальцы нащупывают миску с хумусом и стопку контейнеров «Таппервер» с остатками – попытка Анны быть бережливой. Внутри вареное яйцо в скорлупе, суточный бублик из индейки, увядший шпинат, половина авокадо с вынутой косточкой – авокадо похоже на глаз без зрачка.
Я прикасаюсь к тыльной стороне колена – сегодняшние утренние раны болят.
Онир снова выходит на Свет, достает из морозильника кубик льда и водит им по ране. Засохшая кровь исчезает.
«Надо добиться, чтобы Паскуды прекратили это делать, – говорит она, собирая Стаю, и кухонным полотенцем вытирает воду ото льда. – Все это членовредительство и стресс в Дрессировочном доме – все это неправильно. Нам нужно пойти в полицию и покончить с этим».
Слово берет Раннер.
«Нельзя, – говорит она, – пока нам нельзя. Нам нужно больше доказательств».
«Доказательств? – кричит Онир. – И какой ценой? Господи, взгляни на себя. Посмотри, что ты делаешь с нами».
Раннер хватает Онир за грудки.
«Не отвлекайся от главного, – орет она, – и перестань ныть!»
«Пошла ты!»
«Думаешь, все это игра? Навид опасен. Он хищник».
Онир отворачивается.
«Ты теряешь голову. Если мы пойдем сейчас, Навид, Кесси, Тао и все прочие нацелятся на нас и Эллу. А ведь есть еще Грейс. Ты хочешь нести ответственность за то, что с ней будет, если мы попытаемся что-то сделать, а? Как насчет этого?»
«А как насчет нас?»
«Возьми себя в руки. Мы занимаемся этим делом. И это мое последнее слово».
«Тихо! – приказываю я. – Раннер права. Мы должны действовать по плану. И чтобы добиться цели, мы ВСЕ должны действовать сообща. Это вопрос решенный».
Онир отдает Тело и забирается в Гнездо к Долли.
«Не говорите потом, что я вас не предупреждала», – бросает она, убирая веточку, которая кольнула ее в бок.
– Договорились, – говорю я, набычившись.
* * *
Тик-так.
