— Инис. Дочь Министра Деиран Ашира, — безразлично бросил мужчина, разглядывая не столько молодую девушку, сколько изящный рисунок на гайвани в своей руке. — Я думаю, это будет лучшим выбором. Она прекрасна, как весенний цветок. Изящная и воспитана. Её род славится преданностью роду Акинара.
К слову, претендентка была, действительно, красива. Кукольное личико. Фарфоровая кожа. Губки-вишенки. Стройность, практически переходящая в анорексичную худобу. Но в гареме ценилась именно такая фигура.
А вот я, совершенно не напоминающая девочку-тростинку считалась тут, если не уродливой, то дамой на любителя. И, насколько мне известно, Исао таким любителем не был. Я ему даже не нравилась.
Наверное, было бы логично дать ему наиграться со мной. Это бы не продлилось сколько-нибудь долго. Несколько неприятных ночей…
Нельзя сказать, что я не думала об этом. У меня было много времени для того, чтобы принять решение.
Да, мне нужно было оградить сына от скверны Золотого Города.
Но ещё мне эгоистично хотелось избежать насилия. Я очень долго воспринимала его, как норму. Позволяла отцу себя бить, оскорблять, даже повесить на себя случай с Катей. Конечно, старалась не раздражать его, чтобы избежать лишних тумаков. Но никогда не сопротивлялась, не пыталась себя защитить. Хотя могла бы… ну, не знаю, подсыпать ему чего-нибудь даже не смертельного. Слабительного, например. Чтобы ему, тоже, было больно. Только у меня и мысли такой не было. Почему-то.
Терпела пакости сестры, которая мстила мне за испорченную жизнь. Понимала, что ничего ей не сделала и ничего не должна, но терпела. Хотя, могла бы побить. Если тебя всё равно ненавидят, то пусть хоть опасаются. Страх часто является сдерживающим фактором.
Я замирала, как испуганный кролик, когда тот монстр бил и лапал меня.
Не знаю почему, но оказаться в постели Исао, для меня всё равно, что позволить тому существу закончить начатое.
Ночь с Императором… первая и единственная, начисто стёрлась из моей памяти. Я помню огонь, в котором горели мои похитители, а потом настало утро, когда мне сообщили о беременности. Ощущение непорочного зачатия было странным, но уж лучше так.
Я ещё раз посмотрела на мою новую «сестру» и сердце впервые за шесть лет здесь царапнуло болью разочарования. Не потому, что император получил ещё одну прелестницу. А потому, что красоту этой девушки признал Киан. Потому, что, если бы он был сейчас на месте Исао, то выбрал бы её, но уже для себя. Ведь она прекрасна, невинна и похожа на весенний цветок.
А меня он не выберет никогда.
И дело не в том, что я этого хочу. Мне совершенно не до мужчин. Сохранить бы жизнь Лисёнка. Вывести из-под удара друзей и не подставиться самой.
А для этого надо быть сильной. Или хотя бы не иметь такой очевидной слабости, как возлюбленный. В то, что кто-то, наоборот, может стать моей силой, моим защитником, верилось с трудом.
Мужчины предпочитают любить и защищать женщин непохожих на меня — нежных, красивых. Как Инис.
Но понимать, что он никогда не выберет тебя просто потому, что все, с кем спал его брат будут для него чем-то ужасно грязным, неприятно. Потому, что я никогда не желала делить постель с Исао.
Только это не имеет никакого значения для Акинара Киана.
Ну, и ладно.
Переживу как-нибудь.
*Год Альтеи длится около четырнадцати месяцев. Второму принцу сейчас почти восемь лет, а Джину шесть с половиной лет, если перевести на привычное нам летоисчисление. Прим. автора.
Мы отправились в путь вечером следующего дня. Обычно, путешественники выезжают с рассветом, чтобы до темноты пройти как можно большее расстояние. И это разумно. Кому хочется лишний раз ночевать в дороге?
Но то обычные путешественники, а тут у нас имелось целых два опальных принца и одна нелюбимая наложница. Как же удержаться, чтобы не сделать пусть маленькую, но гадость?
На приветствии Императрицы нас было девятнадцать. Завтра станет на одну меньше. Наконец, я не буду видеть эти осточертевшие лица.
Взаимная ненависть за фасадом нежных улыбок.
Пожелание смерти, прикрытое кружевом слов, призванных создать иллюзию дружеского участия.
Презрение к тем, кто занимает более низкое положение.
Зависть к забравшимся выше других.
Я смотрю на новенькую наложницу Императора и осознаю страшное. Киан допустил ужасную ошибку. Он выбрал сердцем. Выбрал ту, что подошла бы ему, а не ту, что сможет выживать в этом змеином гнезде.
Инис пыталась держать себя в руках. Но ее губы дрожали. В глазах блестели невыплаканные слёзы. А ещё она старалась пониже натянуть рукава, чтобы скрыть синяки на запястьях.
Девушка едва заметно морщилась при ходьбе. И опустилась на свой стул слишком медленно, словно это действие причиняло ей ужасную боль.
Похоже, Император не очень-то жалел свою очередную игрушку. А что? Через полгода появится новая. А за ней ещё и ещё одна. Можно сломать пару-тройку если хочется. Зачем сдерживаться?
Исао ее избил? Или мы видим последствия того, что в первый раз он не пожелал быть осторожным?