Сыпь на лице и опухшие глаза не помогли Раяне избежать доли сороковой наложницы. Исао безошибочно выбрал её.
А в это время смотрел на Джиндзиро. Выдаст ли сын свои эмоции или нет?
Лис улыбался. Холодно и зло. Как охотник, чья жертва вот-вот попадёт в капкан.
Я очень переживала за мою девочку, которая попала в грязные лапы той бешеной твари. Прибить бы его. Но сейчас пока рано. Он должен сначала заболеть, слечь в постели. Чтобы Джин осторожно перехватил бразды правления.
Нам, действительно, не нужны резкие перемены и смута. Раньше как-то проще было. К моменту смерти Императора наследников оставалось один или два. А сейчас пятеро. Много. Слишком много, чтобы один кандидат устроил большинство.
Скорее, наоборот. Некоторые специально начнут раздувать волнения. Ведь, как известно, в мутной водичке водится самая жирная рыбка.
Лишь бы живой осталась.
Лишь бы не покалечил. С остальным она справится.
Утром мне было страшно на неё смотреть. К сыпи на лице добавились кровоподтёки. На запястьях синяки.
Однако, сороковая императорская наложница держалась достойно. Шла она легко, словно плыла. На лице скромная улыбка и ни тени боли.
Ох, не зря Алия девочек муштровала. Осанка королевская.
А взгляд… взгляд все тот же, что и десять лет назад. Огонь.
— Ты как, Рысёнок? — спрашиваю Раяну, как только мне удаётся пробиться к ней.
— Когда Шен учил меня отбиваться от плохих людей, было больнее. Не беспокойтесь. Я понимала на что шла и ни о чём не жалею.
— Нужен целитель?
— Нужны травы. Пусть Лей соберёт. Пожалуйста. Чтобы ничего не было. Вы же понимаете? Не хочу. Лучше, вообще, без… чем от него.
— Всё сделаем.
Раяна кивает и отходит. И правильно. Сейчас не стоит давать Баолинь повод жаловаться на то, что его новая наложница слишком близка со мной и принебрегает любимицами Императора. Скоро Исао почувствует себя хуже и ему будет не до нашего Рысёнка.
Магия.
Венец правителя является, своего рода, щитом, оберегающим Императора от воздействия скверны. Не полностью, конечно. Но на какое-то время хватало. Однако, Джин «перенастроил» его на себя.
Нет, если бы Исао был здоров, то у него осталось бы какое-то время. Может быть, даже, пара лет. Но он вел жизнь полную излишеств, пренебрегал физической нагрузкой. Вечера с наложницами, когда ему особо и делать ничего не надо — не в счёт.
Ждать пришлось недолго. Через пять дней Императора скосила простуда. Вроде бы ничего серьезного, но ему стало не до Раяны и государственных дел.
Конечно, государственный аппарат вполне сносно работал и без Императора. Научились за последние двадцать лет. Исао нравилось сидеть на троне, повелевать, но не думать о благе народном.
Джин зашёл во дворец Ясного Разума чтобы побеседовать с несколькими чиновниками о делалах простых и обыденных. Ремонте объездной дороги к столице. Постройке новой плотины Востоке. И мелиорационном проекте, который уже два года ждёт своего воплощения.
Юного принца приняли с большим уважением и слушали с интересом. Потому как говорил он, исключительно, по делу, умело оперировал цифрами и не требовал невозможного. Денег данные проекты, конечно, требовали. Но не так, чтобы сразу и много. На празднества последних дней в десять раз больше ушло. А дороги и плотины не на один год строят. Они десятилетия служить будут.
Слух о том, что вести беседы с пятым принцем начали все без исключения высшие чиновники империи, немного всколыхнуло сонное болото Золотого Города.
Причём настолько, что меня решилась отчитать Императрица:
— Мейлин, твой сын не знает своего места? — шипит женщина, а остальные наложницы с любопытством переглядываются. — Вместо того, чтобы молиться Богине о здоровье отца, он решит своё честолюбие.
— Матушка, как можно? Пятый принц никогда бы не посмел вести себя недостойно. Им движет лишь сыновья преданность. Ведь принцы должны день и ночь думать о благе государства. Мой сын желает служением выразить своё почтение Императору. Он говорит с чиновниками лишь о дорогах, плотинах и о том, как справиться с засухой на Востоке. Конечно, принц должен думать о великом, а эти дела слишком ничтожны. Но пятый принц ещё так молод и лишь учится приносить пользу империи.
— Хорошо, Мейлин, — скривилась женщина. — Я верю, что у пятого принца не было скрытых мотивов. Но то, что бросает тень на старших братьев, меня удручает. Твой сын должен быть более скромным и почтительным. Годы, проведённые вдали от Золотого Города дурно сказались на его манеры. Шанэ, Сян, второй и третий принцы во время болезни Императора должны посещать Совет, дабы научить своего неразумного младшего брата быть им опорой.
Улыбаемся и киваем.
Киваем и улыбаемся.
Спасибо, Старшая Госпожа. Ведь именно старая интриганка надоумила Императрицу столкнуть принцев лбами.
Это нам понятно, что в результате этого столкновение выиграет Джин.
Потому что его братья ленивы, высокомерны и не отличаются острым умом или добрым нравом. А мой сын отлично умеет ладить с людьми. Лисье обаяние — оно такое.