— Только до завтра. — Лайзел улыбнулась. — Сегодняшний вечер — мой последний вечер в Торсхавне.
— Возвращаетесь домой? — Эстер сама удивилась своему разочарованию.
Лайзел покачала головой:
— В Соединенное Королевство, я там живу и работаю. Из дома, а он в Окленде[100], я улетела с билетом с открытой датой.
— Я тоже, — сказала Эстер. — В смысле — у меня тоже билет с открытой датой.
— Здорово. И давно ездите по миру?
Эстер прикинула.
— Недели четыре. — Чувствуя некоторую гордость, она выпрямилась. — А вы?
Лайзел подумала и сказала:
— Уже пять лет.
Эстер сделала большой глоток холодного пива, но оно не охладило ее смущения.
— То есть вы покинули дом, зная, что будете в дороге несколько лет?
— Не могу сказать, что мне уже тогда все было ясно. — Лайзел улыбнулась. — Но мне до чертиков надоела жизнь, которую я тогда вела, и я сообразила, что никто, кроме меня, ее не изменит. — Она отпила пива. — Помните, как в детстве у нас все время спрашивали, чем мы хотим заниматься, когда вырастем?
Эстер кивнула.
— Я всегда отвечала, что хочу путешествовать. Но услышала собственный ответ только в тридцать пять.
— Вот это да.
— А что? — Лайзел улыбнулась.
Рядом с ней Эстер чувствовала себя легко и свободно.
— Мне много раз задавали такой вопрос, но мне и в голову не приходило, что когда-нибудь я смогу отправиться в путешествие, — с удивлением ответила Эстер.
— И тем не менее, — Лайзел подняла бокал, — мы здесь.
— Мы здесь, — согласилась Эстер, и они чокнулись. — Значит, вы просто собрали вещи и отправились в дорогу? Без причины?
— Например, чтобы залечить сердечную рану? — поддразнила Лайзел.
— Ну, может, и да, — рассмеялась Эстер.
— Ну нет, любовные романы — это не для меня. — Лайзел провела пальцами по краю стола.
— Я даже представить не могу, чтобы я просто собрала вещи и вышла из дому. Я не настолько верю в себя. — Эстер сама поразилась собственной откровенности. — А что вы делали до того, как уехали из Новой Зеландии? Ничего, что я спрашиваю?
— Работала в компьютерном отделе коммунального хозяйства. Как в
— Потрясающе, — выдохнула Эстер. — А можно спросить, откуда у вас столько смелости? Ну, если вами не двигало что-то вроде разбитого сердца или еще какого-то кризиса? Мне бы пороху не хватило. — Эстер казалось, что вся ее история написана у нее на лбу огромными горящими буквами. ЭТО ЭСТЕР УАЙЛДИНГ. ОНА НАСТОЛЬКО ТРУСЛИВА, ЧТО ДАЖЕ НЕ МЕЧТАЛА ОСУЩЕСТВИТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЕЧТЫ — ИЗУЧАТЬ АСТРОНОМИЮ И ПУТЕШЕСТВОВАТЬ.
— Я — младшая из пяти детей, — объяснила Лайзел. — У меня четверо братьев. Да. Принимаю соболезнования.
Эстер рассмеялась.
— В детстве и подростком я видела, как мир разрешает моим братьям ездить куда им хочется и делать что им заблагорассудится. Но мне такого никто не говорил. А я никогда не задумывалась, почему моим братьям можно то, чего нельзя мне. Я училась в школе, работала, ходила на домашние аукционы, на блицсвидания. Получила образование, профессию, завела дом, вышла замуж. Теперь, правда, уже развелась. Но все это время меня точил какой-то червячок. Точил там, где хранится, как вы выразились, порох. Мне абсолютно не хочется снова испытать это чувство: идти против себя, а не к себе.
Эстер взмахнула рукой, словно у нее сейчас взорвется голова.
— Я как будто слышу песню, которую пела всю жизнь, не особо понимая слов, — призналась она.
— Отлично сказано. — Лайзел рассмеялась. — Ну а вы?
— Я? — озадаченно переспросила Эстер.
— Откуда вы родом?
— Тасмания.
— Лутрувита, — отозвалась Лайзел.
— Да!
— Она мне очень понравилась. Когда я только-только отправилась в путь, я, опыта ради, объехала Австралию. Всю Тасманию исходила с рюкзаком за плечами.
— Не может быть! — Эстер поразилась совпадению.
— Может, — улыбнулась Лайзел. — Я облазила все западное побережье. На какое-то время остановилась в городке на берегу Теркайн.
Эстер замерла, а потом рискнула:
— В Каллиопе?
— Да! — Лайзел щелкнула пальцами. — В Каллиопе.
— А я там жила. Прямо перед тем, как приехать сюда. В Каллиопе. — Эстер прижала руку к груди. — Работала там, в гостинице у реки. Весь последний год.
— Не может быть, — со смехом передразнила Лайзел. — Пути-дороги не устают меня удивлять. Такое случается чаще, чем вы думаете.
— Что именно? Прилететь на архипелаг в Северной Атлантике — и столкнуться там с человеком, которому случалось жить ровно в том же медвежьем углу на острове на юге Тихого океана, что и вам?
— Примерно да. — Лайзел широко улыбнулась. — Ах, какое там небо, какая река!
— Согласна. — Эстер вспомнилась зелено-черная вода, блестящая, как зеркало. Манящая к себе вода.
