— Нет, там просто быль про Магнуса, местного парня, который жил на Кольтуре и влюбился в девушку с Хестура. Ее отец не знал об их романе, они встречались тайно. Магнус во время отлива вплавь добирался со своего острова на ее, и они проводили несколько часов вместе. Потом начинался прилив, и Магнус так же вплавь возвращался домой — его несли приливные волны. — Эстер намазала хлеб маслом и взглянула на Хейди. — Скажу просто: золотая медаль за усилия достается Магнусу. А то, бывает, изо всех сил пытаешься уговорить парня собраться с духом и пригласить тебя на второе свидание.
Хейди фыркнула. Эстер, улыбнувшись, взмахнула ножом, как дирижерской палочкой.
— История — правдивее не бывает.
— С какими такими «парнями» тебе приходилось иметь дело? — проворчал Софус.
— Прости? — удивилась Эстер.
Софус отвел глаза, попивая кофе.
— Как бы то ни было, — сказала Эстер, снова обращаясь к Хейди, — конец истории ты знаешь. Когда отец девушки узнал о встречах, любовникам пришел конец. Однажды Магнус вышел на берег — а там отец девушки. С топором. Магнусу ничего не оставалось, как броситься в волны. А можно я в этом месте скажу, что история — полная чушь? По мне, так она похожа на фарерскую версию «Титаника». Там, где Роуз не подвинулась, чтобы Джек залез на дверь.
Хейди захлопала в ладоши. Софус усмехнулся и оценивающе взглянул на Эстер.
— Сердце кровью обливается. Как мне жить с этим? Роуз, подвинься — и все, — проскулила Эстер. — Отвечаю на твой вопрос, Софус: на этом рассказ в путеводителе заканчивается. О Магнусе никто больше ничего не слышал: его утащило течением в открытое море. Но я хочу знать, что случилось с девушкой.
— Шок-контент, — повторила Хейди.
—
— Что такое мальстрем? — спросила Хейди.
Софус ответил по-фарерски.
— Водоворот, да? — уточнила Эстер.
Софус кивнул.
— Его видно? С берега?
—
Эстер замолчала, заворачивая бутерброды. Ей вспомнились семь валунов Солт-Бей, семь хранителей тайной лагуны. Бирюзового спокойствия. В последний раз ее сестру видели живой именно там. Эстер слушала болтовню Софуса и Хейди, и ей страстно хотелось, чтобы путеводители знали имя ее сестры, чтобы в море существовал яростный, загадочный водоворот, унесший жизнь Ауры. Мысли трепетали бархатным покрывалом лиловых, золотых и синих крыльев. Кардиограмма в полутени.
Эстер прогнала образы. Сосредоточилась на предстоящем дне. Сейчас она выйдет на чистый, свежий воздух острова. Воздух, который напоминает ей о доме, о северо-восточном побережье. Знакомые, нежные узы. Такие же, как прогулки. Она исследует остров меньше недели, бродит на ветру, под солнцем по полям, спускаясь к морю, — и уже заметила перемены: она начала приспосабливаться к домашнему ритму, и доказательство тому — ее утренний разговор с Софусом и Хейди, который дался ей без натуги, без сомнений в том, что она здесь не чужая. Эстер дышала небом и морскими брызгами, и это словно смягчало ее отчаяние; она чувствовала себя вольнее — и ощущала, что остальным тоже дышится свободнее. Лена, Флоуси и Хейди как будто перестали замирать всякий раз, когда Эстер и Софус заговаривали друг с другом. Напряжение на лице Софуса ослабло. Правильно Флоуси сказал: полегче бы. Песчинка решимости, скрытая в душе Эстер, начала обрастать перламутром. Надо только продолжать движение.
— Можно глянуть в твой телефон? — Голос Хейди вернул Эстер на кухню.
Эстер достала из кармана мобильник и протянула его Хейди; та пару раз ткнула пальцем в экран и вернула хозяйке.
— Зачем он тебе понадобился? — спросила Эстер, разглядывая экран.
— Омма сказала, что ты неравнодушна к морю, но отказываешь себе в удовольствии поплавать. Вот мы и составили плейлист тебе в помощь.
— Кто? — Эстер сложила в рюкзак сэндвичи и сушеную клубнику. — Омма? Кто это?
— Моя мама, — проговорил с набитым ртом Софус и с улыбкой протянул Эстер чашку чая с молоком, хотя она и не просила. Эстер обхватила чашку ладонями и постаралась не думать о том, как хорошо Софус ее понимает.
— Бабушки у меня нет, поэтому я называю своей омма Грету, — пояснила Хейди.
— Ясно, — сказала Эстер. — А «мы составили плейлист»? «Мы» — это кто?
Софус и Хейди переглянулись и одновременно подняли руки. В глазах Софуса заплясало озорство.
Эстер взяла телефон и открыла приложение-плеер. Прочитала название плейлиста, добавленного Хейди.
— «Лекарство от… — она помолчала, изучая непонятное слово, — чего-то Эстер».
— Акцизма. Ак-цизм, — поправила ее Хейди.
— Нет такого слова.
Хейди ахнула в притворном ужасе.
— Ты хочешь сказать, что я невежда? Укрепись духом, милый друг, я не лгу. — Акцизм — отличное английское слово.
— И что оно значит?
Хейди прищурилась и пошевелила бровями.
Эстер невольно рассмеялась.
— К чему такая загадочность? — Она полистала список песен. — Вы составили плейлист… о воде?
