—
— Хм. — Тетя Ро, возникшая рядом с Куини, оглядела Эстер с ног до головы, перебирая ракушки такого же радужного ожерелья. — Путешествие к макушке мира явно пошло тебе на пользу. Ты больше не выглядишь такой дохлячкой.
— Роми, — укоризненно произнесла Куини, едва сдерживая смех.
— Спасибо, тетя Ро. — Эстер соскучилась по своеобразным комплиментам тети Ро. — Куини, как же я рада, что снова дома.
— Здравствуй, девочка моя! — К ней уже протискивалась Эрин.
— Эрин! — Эстер зарылась носом в теткино плечо.
— Все в порядке? — Эрин, звякнув браслетами, пригладила волосы Эстер. — Какое же адское путешествие тебе пришлось выдержать.
— Я в норме. Мама с папой говорили, что они вам все рассказали.
Эрин кивнула:
— Ужасно тяжело.
— Да.
Они постояли вдвоем, вытирая друг другу мокрые щеки.
— Как Френки? — спросила наконец Эстер и дерзко улыбнулась.
Эрин поцеловала кончики пальцев.
— Расписной кекс никогда не подводит.
— Знаю-знаю. — Эстер не успела придержать язык, и тетка схватила ее за плечо:
— А ну-ка поподробнее?
— Не сейчас, — одними губами проговорила Эстер. Эрин улыбнулась, закрыла рот на воображаемый замок и выбросила воображаемый ключ.
Эстер огляделась. Здесь собрались не все, и это не давало ей покоя.
— А где Нин? — спросила она, прервав общий разговор.
—
Эстер обернулась и увидела сияющее лицо Нин. С бархотки на шее свисали подвески: с крупными черными раковинами контрастировали две поменьше, сияющие сиреневым, зеленым и золотым. А потом Эстер перевела взгляд на ее живот.
Рот у нее открылся сам собой.
— Боже мой, Нин! Откуда это?
Все рассмеялись, и Эстер с улыбкой покачала головой.
— Я хотела сказать — когда? Я понятия не имела… Давно?
— Я решила подождать, чтобы сказать тебе при встрече. Уже почти половина срока прошла. — Нин погладила живот; на глазах показались слезы. — Если вы не против, малышку будут звать Роми Аурора Джоунс.
Эстер сжала губы, стараясь скрыть волнение.
— Конечно не против. Да? — Она взглянула на Фрейю и Джека.
Оба кивнули:
— Конечно.
Куини хлопнула в ладоши, словно собираясь о чем-то объявить.
— Как хорошо, что мы снова собрались все вместе.
— Да, — вставила тетя Ро. — А теперь пора угоститься.
Пока остальные дожидались своей очереди взять что-нибудь со стола Куини, Нин и Эстер, держа в руках пустые тарелки, отошли в сторонку. Эстер не могла оторвать глаз от живота Нин, от того, как та бессознательно обнимала его.
— Она бы так радовалась за тебя, — тихо произнесла она.
Нин отвела взгляд.
— Старри, то, что случилось с Аурой, когда мы были подростками…
— Понимаю. Она была твоей лучшей подругой, — мягко сказала Эстер.
Нин, крепко сжав пальцы Эстер, положила ее ладонь себе на живот.
— Можно поговорить об этом потом, когда ты будешь готова, — сказала Эстер.
— Мне бы очень этого хотелось. — Нин с благодарностью улыбнулась.
Краем глаза Эстер увидела, что Фрейя нерешительно топчется рядом.
Эстер встала с раскладного стульчика и подбросила в огонь еще одно полено. Нин болтала с Куини и Эрин. Джек и тетя Ро обсуждали десерты. Фрейя села рядом с Эстер, и они улыбнулись друг другу.
Фрейя подняла бокал, показывая, что пьет за Эстер; та взглянула матери в глаза. Они чокнулись и выпили.
— Я люблю тебя, — тихо сказала Фрейя.
— И я тебя люблю, — ответила Эстер.
Эрин какое-то время смотрела на собравшихся сквозь костер, а потом подняла бокал.
— За Эстер! — провозгласила она.
Общий разговор прервался, все подняли бокалы и хором отозвались:
— За Эстер!
Эстер оглядела лица родных людей, освещенные пламенем. В каждом из них — ее родина, ее история. А в глубине души, прикрытая пеленой, она снова танцевала во «Флоувине» — с Софусом, Флоуси, Хейди, Леной, Гретой и Ракуль.
«А оказавшись внизу — поднялась».
Они вернулись домой, и Джек пошел отпирать дверь, а Фрейя и Эстер задержались на веранде.
— Мы сейчас, — сказала она Джеку.
— Ладно. Я пока поставлю чайник.
Эстер посмотрела, как отец идет по коридору, включая свет, и повернулась к Фрейе.
Мать прислонилась к перилам, шаркнула ногой и начала:
—
Эстер застыла.
— О чем ты?
— Говоря о нем, ты не видишь собственного лица, — аккуратно заметила Фрейя. — И не слышишь, как меняется твой голос, когда ты произносишь его имя.
— Я слишком устала после перелета, чтобы это обсуждать, — жалобно произнесла Эстер и потерла глаза.
— Ничего страшного.
— Мне так стыдно, — прошептала Эстер.
— Да, это сложно. Не вини себя. — Фрейя шагнула к ней и потерла ее руки.
Эстер не отрывала взгляда от ботинок.
— Не знаю почему…
— Что — почему?
— Почему между мной и Софусом что-то возникло. Потому что мы такие? Или потому, что я такая? Или просто потому, что я сестра Ауры? Не знаю.
— Может, стоит подумать над другим вопросом? Получше.
Эстер взглянула на мать.
— Как тебе это выяснить? — спросила та.
