Эстер пробежала еще квартал, спеша в кафе, где они с Кларой договорились встретиться. После разговора с Абелоной о скульптуре тюленьей девы голова шла кругом. Какое отношение она — и Фарерские острова — имели к Ауре? Наконец Эстер увидела кафе, и на лбу у нее выступил холодный пот. Сердце екнуло, когда она заметила среди сидящих на открытой террасе Клару; очень светлые волосы и красную помаду она узнала по фотографии, которая была на сайте.
— Клара? — Эстер так нервничала, что внутри завязался узел. Ей безотчетно хотелось повернуться и убежать от вопросов, которые она сама же собиралась задать Кларе о фотографии и об Ауре. Ей хотелось сбежать от любых ответов о судьбе сестры, а ведь эти ответы вот-вот прозвучат.
Клара обернулась и помахала ей.
— Привет, Эстер.
— Простите, что опоздала. Семейный разговор. — Эстер пыталась отдышаться.
— Ничего.
Они неуклюже покружились друг возле друга, решая, пожать ли руки или обняться, и наконец, смущенно рассмеявшись, быстро обнялись.
— Как я рада познакомиться с вами лично! — Клара дружески держала ладони Эстер, всматриваясь ей в лицо.
— Взаимно. — Эстер сглотнула, одернула куртку, пригладила волосы. Хотелось избавиться от напряжения.
Клара все так же внимательно рассматривала Эстер.
— Вы очень похожи на сестру.
Эстер безотчетно коснулась лица.
— Никогда так не думала.
— Правда? Особенно глаза. Если бы я встретила вас на улице, то решила бы, что обозналась.
Эстер снова представила себе, как проходит мимо сестры. Мельком замечает румянец на щеках, деревянные браслеты на руке.
— Я хочу, чтобы вы знали, как я соболезную вам в вашей утрате. Утрате вашей семьи. Ваше письмо потрясло меня. Не буду делать вид, будто понимаю, что вы сейчас чувствуете. Но я соболезную вам от всей души.
Эстер заставила себя взглянуть Кларе в глаза. Попыталась улыбнуться.
— Очень трудно отучиться говорить «Все в порядке» или «У меня все нормально», когда тебе выражают соболезнования.
— Да, конечно. — Клара вытерла глаза тыльной стороной ладони. — Может быть, зайдем в зал, выпьем кофе? Аура очень любила это кафе.
И Эстер последовала за Кларой, словно в еще одном кильватере, оставленном Аурой.
Они выбрали столик у окна.
— Что вам заказать, Эстер?
— Черный кофе был бы очень кстати. Спасибо!
Клара улыбнулась и пошла к стойке, чтобы сделать заказ.
Эстер бесцельно глазела в окно, думая о фотографии, которую сделала Клара. О том, как излучало любовь лицо сестры. О мужчине, который держал Ауру в объятиях. Она оглянулась на Клару, дожидавшуюся кофе. От волнения свело желудок. В памяти внезапно всплыл Звездный домик. Мельтешение в темном углу крыльца. Ритмичное попискивание в больничной палате Ауры, подрагивают закрытые веки сестры. Рядом свернулась Фрейя. Эстер стоит в дверях, смотрит на спящую мать, спящую сестру. Что-то не так. Она всем телом ощущает: что-то не так. Горло сдавил тошнотворный, удушливый страх.
— Ну вот, — радостно сказала Клара, подходя к столику с двумя чашками и бумажным свертком. — Я купила пару
—
Они говорили о погоде и достопримечательностях, которые успела повидать Эстер. Наконец светский разговор стал для нее невыносим.
— Можно я спрошу у вас кое-что о моей сестре? — Эстер обхватила чашку.
— Можете задавать любые вопросы, — ободрила ее Клара.
«Чтобы получить то, чего мне хотелось больше всего в жизни, мне надлежало набраться храбрости и попросить о помощи». По груди Лилле Хекс летела стая, огромная блистательная птица, составленная из тысячи крыльев.
Лишь выдохнув, Эстер осознала, что сидела не дыша. Она достала из кармана телефон и вывела на экран фотографию Ауры, стоящей перед Лиден Гунвер.
— Это ваш снимок. — Эстер показала фотографию Кларе. — Вы не знаете, кто этот мужчина рядом с Аурой?
Клара взяла телефон, и на ее лице отразилось какое-то сильное чувство.
— Знаю. Это Софус.
— Софус? — повторила Эстер.
— Да? — Вопросительная интонация прозвучала так, будто Эстер должна была знать это имя.
Но Эстер покачала головой.
— Софус, — повторила Клара. — Мой брат, который живет на Фарерских островах. Жених Ауры.
Эстер заняла свое место в самолете — рядом с иллюминатором, в пустом ряду. Было пасмурно, взлетную полосу поливал дождь. Эстер казалось, что сырость въедается ей в кости. Стюардессы закрыли люк и начали предполетный инструктаж. Сначала по-фарерски, потом по-английски.
— Экипаж приветствует вас на борту самолета компании «Атлантик эйруэйз». Мы направляемся из Копенгагена в Воар. Время полета составит два часа пятнадцать минут. Спасибо за внимание.
Самолет вырулил на взлетную полосу и, гудя, начал набирать скорость; Эстер схватилась за ручки кресла. По стеклу стекали струйки дождя. Она зажмурилась; самолет оторвался от земли.
— Ты решилась, и я горжусь тобой. — Абелона крепко обняла ее, когда они прощались в аэропорту.
— Я пока еще ничего не сделала, — возразила Эстер.
