Малик еще раз взглянул и спросил, будет ли Мирлен с ними за компанию пить. Мирлен молчал минуту, может он вообще спал, кто его знает… Потом из облака возникло щупальце, а в самом облаке возникло отверстие.
— Вау, Мирлен снизошел до нас! Тогда и я точно выпью, раз такое, — и красивая орчанка потянулась к бокалу, мы пили медленно, смакуя. Вино было прекрасное.
Малик сел за стол и достал свой список. Начал читать его вслух:
— Рилирл, Орлых, Вашаэль, Малик, Кален, Кресл, брат Ридирла, архиепископ, Касер, глава пиратов, отравитель, эльф из страшилок Казраэля. Нам было известно о двенадцати. В игре из них я, Орлых и страшный эльф. Вы вдвоем вроде собирались вычислить остальных. Как успехи?
— Зачем ты обоих спрашиваешь? Думаешь, с тобой будет разговаривать облако?
— Не знаю, но вы же вдвоем вызвались.
— Забудь. Он читал некрологи. Вычитай еще двух трупов, — на этих словах Кален вздохнул, этот эльф явно был сентиментальным, — ты не поверишь, но некрологи опять Эдвара. Если ты научишься возвращать мертвых, отправь Ридирла на поиск других игроков, он прекрасно с ними управляется…
— И кто они?
— Оба бывшие восточные бароны. Один учился в Академии Эдвара и погиб на магической дуэли с Акеялом. Причина дуэли по слухам в том, что или барон пренебрежительно отнесся к происхождению Акеяла, заявив, что ему не место в Академии, или в том, что он назвал Ридирла тираном. Есть версия, которая объединяет эти слухи, я склоняюсь к ней. Барон узнал, что указом императора, Акеялу в обход правил разрешили обучаться, несмотря на его происхождение, и он потребовал изгнания Акеяла. Кстати, Акеялу было всего пятнадцать на тот момент. Другой — полуэльф, последний представитель боковой ветки старой династии Эдвара. Подавился булкой. Не спрашивай как.
— Итого четырнадцать.
— Пятнадцать. Я узнал еще об одном. Я не знаю его имени, но его покровитель довольно болтлив. Он изучает аномалии и восставших из мертвых. Недавно был в Хомико, изучал Петра, теперь у другой аномалии. Больше не знаю. Судя по хвастовству Дилия, он имеет четкий план на победу, который обходит все ваши достижения. Советую разузнать у Петра, кто с ним активно общался последние месяца три… Не нравится мне уверенность Дилия.
На этом список был закончен. Мы не знали о трех игроках. И это меня беспокоило. Игра начала двадцать семь лет назад, и даже, если бы игроков выбрали не сразу, сомнительно, что сейчас они уже не достигли зрелости. Также я не верю, что мы найдем еще чьи-то трупы, везение не может быть таким сильным. А это означало, что эти пять игроков, о которых нам или совсем неизвестно, или известно мало, избрали отличные от Малика, но верные тактики. Это также означало то, что в любой момент может начать новая игра, с еще большими ставками на кону.
Еще один учебный год пролетел. Малик и Кален посвятили его доработке своей теории управления мощью артефакта и поиску среди студентов игрока. Первое им удалось сполна, а вот игрока они так и не увидели. Что подтверждало идею Казраэля, что везение закончилось. С остальными игроками нужно не просто считаться, а рассматривать их, как главных претендентов на победу. Конечно, они могли преувеличивать, но они избрали такое отношение, чтобы подготовиться ко всему. История безымянного отравителя сильно повлияла на Малика и Калена, сбив спесь и веру в превосходство пути, который избрал Малик. Был и еще момент, который делал возможных игроков в глазах друзей фаворитами.
После истории с отравителем у них состоялся один очень важный разговор, который Малик вспоминал по несколько раз на дню:
— Малик, я понял, что я ошибся, когда отказался от игры.
— Разочаровался во мне или моем пути?
— Не в этом дело. Я неправильно выразился. Я ошибся, когда посчитал себя не игроком. Я бы все равно отказался от игры в твою пользу, потому что у нас одинаковые идеалы, а ты начал игру раньше меня. Нет, я имел ввиду другое. Ты настоящий игрок, но ты играешь от тех же мотивов, от которых я отказался бросить игру совсем.
— Разъясни.
— Ну, смотри. Вот возьмем этого отравителя, он был готов на все, ради победы, так?
— Ну да?
— А что получает победивший? Ну да, в этом цикле есть шанс стать Высшим, но это все лишь неподтвержденные разговоры, даже не фантазии. Он не получает ничего… Даже если он умирает правителем, влиятельным человеком, он это все заработал, не потому что его избрали игроком, а потому что он этого хотел добиться. Тогда как особенно объяснить тех, чей путь не дает им ни власти, ни славы?
— Азарт?
