Воспламеняющая полностью

Энди понятия не имел, что его не могли вытащить, потому что при отключении электричества замки автоматически блокировались. Неизвестно сколько времени он просидел, наполовину обезумев от паники, в полной уверенности, что подземелье в огне, что он чувствует запах дыма. На поверхности гроза закончилась, небо очистилось, предвечерний солнечный свет готовился уступить место сумеркам.

Внезапно – совершенно внезапно – перед его мысленным взором возникло лицо Чарли, так ясно, будто в этот самый момент она стояла перед ним.

(она в опасности чарли в опасности)

Это было предчувствие, первое с того дня, когда их схватили в Тэшморе. Он думал, что утратил и эту способность, наряду с умением воздействовать на людей, но, судя по всему, ошибся: никогда раньше предчувствие не было таким ярким и четким… Даже в день смерти Вики.

Означало ли это, что мысленные импульсы тоже никуда не делись? Не исчезли совсем, а только спрятались?

(чарли в опасности)

В какой опасности?

Энди не знал. Но сама мысль, страх за Чарли вызвали в его сознании лицо дочери, четкое, прорисованное в мельчайших подробностях. Широко посаженные синие глаза, заплетенные в косички светлые волосы… И он испытал чувство вины… Нет, не вины – дикого ужаса. Он едва не сходил с ума от паники с того момента, как погас свет, но раньше боялся только за себя. Не думал, что Чарли сейчас тоже в темноте.

Нет, они придут и вызволят ее, может, уже пришли и вызволили. Им нужна именно Чарли. Именно ради Чарли они так долго за нами гонялись.

Логично, но его не покидала удушающая уверенность, что ей грозит какая-то жуткая опасность.

Страх за нее вымел панику, во всяком случае, свел к приемлемому уровню. Теперь он мог не зацикливаться на себе, более объективно оценивать ситуацию. Прежде всего он понял, что сидит в луже имбирного эля. Штаны промокли, прилипали к коже, и Энди даже фыркнул от отвращения.

Движение. Движение представлялось действенным лекарством от страха.

Он поднялся на колени, нащупал пустую банку из-под имбирного эля «Кэнэда драй», отшвырнул в сторону. Банка со стуком покатилась по плиткам пола. Энди достал из холодильника другую банку. Во рту по-прежнему царила сушь. Открыл банку, уронив кольцо внутрь, и начал пить. Кольцо попыталось пролезть ему в рот, он рассеянно языком затолкал его обратно, даже не подумав, что немного раньше это происшествие вызвало бы очередной приступ паники.

Энди начал выбираться из кухни, не отрывая свободной руки от стены. На этаже, где он находился, воцарилась тишина, и хотя изредка издалека доносился чей-то крик, в нем не было ничего жуткого. Запах дыма оказался галлюцинацией. Воздух стал более спертым, потому что все вентиляторы отключились, но этим дело и ограничилось.

Вместо того чтобы направиться в гостиную, Энди повернул налево и пробрался в спальню. Осторожно нашел кровать, поставил банку на ночной столик, потом разделся. Еще десять минут потребовалось, чтобы найти и надеть чистую одежду. Теперь он чувствовал себя гораздо лучше. Все это он проделал без особых проблем, хотя после отключения электричества ему казалось, что пересечь гостиную – все равно что пересечь минное поле.

(чарли… что не так с чарли?)

Но интуиция говорила не о том, что с ней что-то не так. Она подсказывала, что над ней нависла какая-то опасность. Если бы он мог увидеть ее, спросить, что…

Он с горечью рассмеялся. Да, конечно. Если бы свиньи могли летать, а нищие – скакать. С тем же успехом можно пожелать луну с неба. Или…

На мгновение мысли застыли, потом двинулись… но уже медленнее и без сарказма.

С тем же успехом можно пожелать силой мысли внушить бизнесменам уверенность в себе.

С тем же успехом можно пожелать силой мысли убедить толстух похудеть.

С тем же успехом можно пожелать силой мысли ослепить одного из громил, которые похитили Чарли.

С тем же успехом можно пожелать вернуть себе способность силой мысли воздействовать на людей.

Его руки не отпускали простыню, щупали, мяли, разглаживали: разум требовал постоянного потока информации от органов чувств. Не имело смысла надеяться на возвращение его удивительного дара. Мысленные импульсы безвозвратно ушли. Он не мог проложить дорогу к Чарли, как не мог стать игроком «Ред сокс». Все ушло.

(ушло ли?)

Внезапно Энди понял, что сомневается. Где-то в глубине души в этот самый момент он решил, что не согласен идти по пути наименьшего сопротивления и давать им все, что бы они ни попросили. Возможно, в душе он решил не сдаваться.

Он сидел на кровати и гладил простыню.