Фея во мне пыталась вырваться, но у меня оставалось достаточно сил, чтобы прижать ладонь к его щеке и направить лунный свет в его тело. С ним было что-то не так, и я не могла исправить это быстро, а времени было мало. Но я смогла убрать яд. Он глубоко вдохнул и открыл глаза.
— Лили? — сказал он.
Я покачала головой.
— Сейчас ты говоришь с Уасрет, сын Египта.
Если бы я хотела использовать на нем силу, то сделала бы это, но мысль мне претила. Я не хотела управлять им, да и Ахмос еще не достиг момента, когда потребуется его имя. Его истинное имя раскроется позже. Я закрыла глаза. Что-то большее было связано с ним и его братьями, а еще с моим будущим. Я подумывала обратить силу на себя, раскрыть свое истинное имя. Имя Уасрет дал мне космос, но я была больше, чем это. Я ощущала это внутри.
Паучиха сплела судьбу Лиллианы Янг, отчасти. Я не знала, что она увидела бы, если бы могла сплести мою судьбу. Но я знала, что никто в космосе, даже последняя мегарания, не могла понять, что будет со мной. Я должна была ждать и узнавать сама.
Фея продолжала бороться, разбивать связь, пока Ахмос высвобождался из кокона паутины. Тревожась за силу и решимость феи, как и за то, что мне не хватало сил остановить ее, я приказала паучихе покинуть нас, а Ахмосу сказала следовать за нами. Я легко спрыгнула на землю. Несмотря на расстояние, тело легко поглотило удар столкновения.
Ахмос шел за мной, пока я направлялась к поляне. Там я оглянулась на территорию паучихи. Закрыв глаза, я ощутила, что она следит за нами, но пока я была Уасрет, она не станет действовать против меня. Я ведь использовала ее истинное имя.
— Идем, — сказала я Ахмосу. — Мы должны скорее вернуться в деревню. Твои братья ждут.
Фея вырывалась, Ахмос взял меня за руку.
— Ты в порядке? — спросил он тревогой. Он вытащил лист из моих волос и положил ладонь на мою шею. — Я видел, как паучиха укусила тебя.
— Да, — ответила я. — Укусила. Но я себя исцелила.
— Ты можешь исцелять? — спросил он.
— Это просто, — ответила я, склонив голову. — Ты сам так умеешь.
— Да. Я не знал, что и Уасрет так умеет.
Я кивнула, готовая двигаться дальше, но замерла, обхватила голову Ахмоса и притянула его к своим губам. Он прижал меня к своему телу, провел руками по моей спине, а потом обвил мою талию.
После долгого поцелуя он поднял голову.
— Что это было? — спросил он с тенью улыбки в уголках рта.
— Пытаюсь успокоить фею. Она хочет разорвать связь, но мы должны продержаться еще немного. Мои связи с твоим царством все еще хрупкие. Идем, Ахмос.
Я взяла его за руку и повела за собой. Он сжал мою ладонь, поменял положение рук, чтобы идти рядом. Фея угомонилась, и я знала, что такой спутник, как он, важная часть головоломки, которая могла определить, кем я была и кем стану. Мы вошли в деревню, стражи были потрясены. Они не ожидали, что мы вернемся.
Подняв руку, когда собралась толпа, я сказала:
— Больше вам не нужно приносить жертву паучихе. Ее время на острове почти вышло. Но я бы не советовала ходить в ее угодья. Если попадетесь в паутину, яд все еще навредит вам.
Если они и были удивлены тому, что я вдруг заговорила на их языке, они не показали это.
— Что ты сделала? — осведомился крохотный король, толпа расступилась, пропуская его. — Если ты разозлила Ананси… — он грозил мне пальцем.
— Коварный император, неси горлянки немедленно. Если бы выбирала я, ты бы корчился у моих ног, но времени мало. Мы выполнили твои задания. Слушайся, пока не пострадал.
Мужчины суетились, а король уставился на меня. Я знала, что он искал лазейку. Как-то наказать меня, чтобы усилить страх у подданных. Чтобы показать, что он главный. Мои пальцы подрагивали от желания стукнуть его, но в этом не было необходимости. Король отпрянул на шаг и поклонился, не искренне, но при всех. Его солдаты последовали примеру, трое мужчин прошли вперед с горлянками.
Я улыбнулась, глядя на короля. Я разгадала его игру. Он не собирался давать нам то, что мы искали. В одной горлянке была змея. Ядовитая и убийственная. В следующей был гнилой фрукт с мелкими насекомыми. Один их укус вызывал жуткое состояние. В третьей горлянке должна была лежать карта. Она была там, но Ахмос не знал, что карта нарисована на паутине Ананси. Она отравит любого коснувшегося и тоже принесет смерть.
— Ты умный король, — сказала я. — Я бы хотела предложить тебе сделку.
— Сделку? — спросил он, пальцы жадно подрагивали.
— Да. Если мы выберем карту, ты принесешь ее нам и лично отведешь нас.
Его глаза стали узкими щелками.
— А если вы выберете другое?
— Тогда Ахмос отдаст тебе силу вызывать дождь. И, — добавила я, — вы сможете оставить себе мое оружие.
Король нахмурился. Я знала, что он все это время хотел забрать мое оружие, но он потер челюсть, обдумывая шанс получить силу Ахмоса.
