Проводив Мону, я отправилась в ванную комнату, чтобы принять душ прежде, чем проснулись бы дети. После водопадов слёз, выплеснувшихся из меня накануне вечером, мои покрасневшие глаза болели так, словно собирались покинуть свои орбиты. И хотя я промывала их прохладной водой битые десять минут, вода особенно сильно не помогла, но всё-таки убрала с век лёгкую припухлость.
Когда я вошла к детям, они уже не спали. Переодев их и поочерёдно спустив вниз в столовую, я без особенных проблем покормила их, после чего переместила в гостиную к ящику с игрушками и уже начала убирать грязную детскую посуду со стола, когда раздался первый звонок в дверь. Так коротко и робко в эту квартиру ещё, пожалуй, никто никогда не звонил. Заинтересовавшись, я отставила тарелки в сторону и направилась к двери, и когда я к ней уже почти подошла, звонок раздался повторно, на сей раз прозвучав немногим увереннее. Посмотрев в глазок, чтобы убедиться в том, что это не Роберт, от которого снова не было ни слуха ни духа, я увидела миниатюрную блондинку с большим животом. “Странный гость”, – пронеслось у меня в голове прежде, чем я распахнула перед ней дверь.
– Миссис Робинсон? – вместо приветствия сходу поинтересовалась девушка, при этом положив обе руки на свой шаровидный живот, что вдруг заставило меня внутренне поёжиться.
Я ещё никогда не видела такого большого живота, отчего боялась, что, положив на него руки, девушка сильно рискует тем, чтобы он не лопнул. Казалось, будто она находилась не на девятом месяце беременности, а на целом двенадцатом.
– Да, – ответила я, наконец переведя взгляд с живота собеседницы и посмотрев в её голубые глаза.
– Я подруга мистера Робинсона, – её руки наконец соскользнули с живота, отчего вдруг даже мне стало дышаться легче.
– Вот как? – хладнокровно отозвалась я, не поведя и бровью. – Я знаю всех друзей Робина, Вас же я вижу впервые. Только не говорите мне, что Вы одна из тех самых футбольных фанаток.
– Каких футбольных фанаток? – широко распахнутыми глазами смотрела на меня незнакомка, разговаривая со мной по-детски наивным тоном тонкого голоска.
– Значит, подруга Робина, которую я не знаю, – скрестила руки на груди я. – Хочу заранее предупредить, что если Вы сейчас скажете, что являлись любовницей моего бывшего мужа – я Вам не поверю.
– Почему?
Она всерьёз задала этот вопрос?! Неужели и вправду решила выдать себя за любовницу?!..
– Во-первых, Робин не из тех мужчин, которые способны ходить налево, а во-вторых, Вы не можете иметь от него детей, – я кивнула на её живот.
– Почему же не могу? – непонимающе заглядывала мне в глаза девушка.
Она что, серьёзно сама невинность, или просто обыкновенная дура?
– Хотя бы потому, что Робин умер четырнадцать месяцев назад, Вы же, полагаю, находитесь на девятом месяце.
– На шестом, – неловко улыбнулась незнакомка.
На шестом?.. Она шутит?.. Или издевается?.. Да кто она, в конце концов, такая, и что забыла на пороге моего дома?..
– Дело в том, – продолжила девушка всё тем же совершенно наивным тоном, – что я уже имею детей от Вашего бывшего мужа.
От услышанного мои брови мгновенно взмыли вверх и моё дыхание замерло. Большего нахальства я в своей жизни не наблюдала.
– Их двое, – с наглой наивностью продолжала нахалка. – Мальчики, которых воспитываете Вы, миссис Робинсон. Их зовут Тен и Джоуи.
Мы простояли в абсолютном молчании по меньшей мере с минуту, прежде чем я наконец пришла в себя.
– Как Вас зовут?
– Флаффи Кэмбелл.
– Флаффи Кэмбелл мертва.
– Нет-нет-нет… Вы неправильно поняли. Я жива, – блондинка полезла в свою сумочку и, покопавшись в ней, достала своё водительское удостоверение, и протянула его мне. Фотография и вправду была её, имя и вправду Флаффи, фамилия Кэмбелл.
– Значит, жива, – покусав губу изнутри, нахмурилась я, после чего вернула права обратно их владелице. – И мы тебя неправильно поняли… Так? То есть, когда твоя подруга Шерри, если я не ошибаюсь, явилась на наш порог с твоими детьми и заявила, что ты умерла во время родов, мы просто её неправильно поняли? – меня начало трясти от негодования, граничащего со злостью.
– Прости, я понимаю, как безумно всё это звучит… Но я хочу всё объяснить. Мне необходимо сесть, – переминаясь с ноги на ногу, поморщилась блондинка. – У меня затекают ноги и я не могу подолгу стоять.
Я впустила её внутрь, хотя и имела полное право отказать ей в возможности войти.
Я усадила незваную гостью с краю стола, чтобы она не имела возможности заглянуть в гостиную, из которой доносилось несвязное бормотание детей. Подав ей стакан с водой, я буквально нависла над ней, после чего твёрдо потребовала:
– Говори: что из истории с твоей смертью правда, а что вымысел?
