И вот это, с третьей стороны, меня почему-то бесило. Я нашла свое место в жизни, мне нравилось там, с ними, пропала вечная апатия, я была нужна и даже необходима. А приходилось молчать. Я на своей шкуре знала, что такое – зайти в тупик и не мочь выбрать из миллиона лежащих рядом, только руку протяни, возможностей. Но тут внезапно предназначение отыскало меня само, обстоятельства сложились так, как сложились, но вместе с тем выкинули меня из привычного круга жизни. Заставили подняться на ступень, что-то делать, что-то решать, не быть аморфной, неподвижной кучкой рецепторов. И я сделала этот шаг! Трудно сказать, когда именно, но мысли о том, чтобы вернуться назад и никогда никого не встречать, сейчас казались мне просто смешными. В конце концов, на руках имелся странный расклад, который я, вполне возможно, могла решить.
И все же, все же. Я смотрела на Маринку, пившую вот уже третий коктейль кряду, улыбалась, слушала ее шутки, наши шутки, и видела, как расстояние между нами увеличивается на тысячу километров в секунду. Чувство было не из приятных. Я выросла в честной семье, и родители всегда высказывали определенную точку зрения на друзей: бросать их нехорошо и нечестно – в какой бы то ни было ситуации. А Маринка вдруг оказалась человеком из прошлой жизни, довольно простым и скучным. Наверное, я ошибалась, и просто новые знакомства затмили мне все, но вкус горечи на зубах перебить было довольно трудно. Пришлось завязать с поисками ответа на вопрос, почему сначала ничего, потом всё, но за минусом кого-то дорогого, попросить счет, дождаться Маринкиного такси и идти обратно в дом.
Вечер катился к полуночи, Ямато по-прежнему не было, и я села разбираться в архиве, пытаясь найти что-нибудь на тему талисмана удачи, попутно с любопытством разглядывая висевшее в свободном доступе соглашение московских кланов о допустимых правилах поведения. Интересного и поучительного оказалось чрезвычайно много. Я даже пошла на кухню, чтобы заварить еще кофе (спать хотелось немилосердно), не отрываясь от ноутбука. И только тогда сообразила, что Чжаёна в квартире нет, подумала и решила на всякий случай ему позвонить.
– Нин, что-то случилось? – довольно быстро отозвался он.
– Нет, ничего. Хотела узнать, где ты, раз уж мы в таком осадном положении. Или не осадном положении. Или я уже просто ничего не понимаю.
– Решил последовать твоему совету и поговорить с Нари. Начистую.
Я даже села, сев – нервно провела рукой по джинсам.
– Ты уверен, что это правильно?
– Я ни в чем не уверен уже очень давно, но… Ведь только два человека могут решить судьбу отношений, правда? Так что я рискну.
– Не попади под ее влияние.
– Да я попал уже.
– Чжаён, я не про это. Мне не улыбается перспектива собирать тебя по частям в случае чего.
– А ты, Нин, не смотри ему в глаза слишком долго.
– А то что?
– А то всякий Пинк Флойд начнется. А вот Пинк Флойд ты с ним пообсуждай, знаешь же наверняка.
– Чжаён, я не поняла твоих намеков, но…
– Но я уже пришел. Если что, звони.
Я со вздохом повесила трубку. Он, конечно, еще был вполне себе сумасбродным ребенком. Единственное, не дураком, что меня очень сильно радовало, но случаи поглупения от любви явно распространялись и на приспособленных хваранов.
Вздохнув, я было углубилась в чтение соглашения, но тут телефон зазвонил, и я машинально нажала на зеленый кружок, даже не посмотрев на номер звонящего.
– Чжаён, а я думала, ты дошел.
– Простите, Нина Светлова?
Я оторвала телефон от уха и посмотрела на номер: неизвестная комбинация цифр, начинавшаяся, впрочем, с кода Америки.
– Она самая, кто интересуется?
В трубке рассмеялись приятным дискантом, но меня проморозило по позвоночнику, было в этом звуке что-то такое. Неправильное. Я не могла понять, кому принадлежит голос, мужчине или женщине, он был бесплотный и холодный.
– А, Нина, очень приятно. Мне не хотелось бы быть невежливым, но… – По виску потекла струйка пота, самочувствие стремительно ушло в минус, и меня повело в какой-то неприятный, грязный мир размытых оттенков. – Я из Нью-Йорка звоню вам, но вполне могу показаться в какой-нибудь зеркальной поверхности.
В этот момент я дернула браслет на запястье, меня тотчас окутала светло-розовая сфера, и стало легче дышать. Телефон, впрочем, явно был лишним, потому что связь с существом продолжалась, хотя и заметно более слабая. Я нажала на «сбросить», и в моем пузыре прозвучало совсем громко:
– Нина, ну зачем же вы так, а?
